Кухонные принадлежности Tescoma – Купить на официальном сайте с доставкой

Виды кухонной посуды

Все предметы, при помощи которых можно приготовить пищу, относятся к классу кухонной посуды. Наряду с известными названиями посуды для кухни – кастрюлями и сковородками – к таковым относятся и менее привычные предметы, которые могут использоваться, например, в походах. Не говоря о многочисленных специальных приборах.

Кухонная посуда
Все предметы, при помощи которых можно приготовить пищу, относятся к классу кухонной посуды.

Химическая колба тоже считается посудой.

Таким образом, разновидности кухонной утвари не ограничиваются пределами помещения для приготовления пищи.

Обработка и подготовка продуктов. Приготовление пищи и необходимая утварь:

  • Тарелка или миска – емкость для продуктов в сыром или приготовленном виде
Тарелка на столе
Емкость для продуктов в сыром или приготовленном виде.
  • Сковорода – предмет из металла, предназначенный для жарки или запекания
Сковорода с едой
Предмет из металла, предназначенный для жарки или запекания.
  • Сито или решето – приспособления для просеивания муки или придания необходимой консистенции продукту (например, творогу)
Сито с мукой
Приспособления для просеивания муки или придания необходимой консистенции продукту.
  • Противень – плоский металлический лист для запекания в духовке
Противень с едой
Плоский металлический лист для запекания в духовке.
  • Терка – металлическое приспособление с различными формами отверстий для измельчения твердых продуктов питания
Терка с продуктами
Металлическое приспособление с различными формами отверстий для измельчения твердых продуктов питания.
  • Кастрюля – емкость для варки
Кастрюля с едой
Емкость для варки.
  • Разделочная доска – плоское приспособление для резки продуктов
Разделочная доска
Плоское приспособление для резки продуктов.
  • Чайник – емкость с носиком для кипячения и аккуратного разлива воды
Чайник на плите
Емкость с носиком для кипячения и аккуратного разлива воды.
  • Дуршлаг – емкость со множеством отверстий для слива воды
Дуршлаг на кухне
Емкость с множеством отверстий для слива воды.
  • Формы для выпечки – специальные приспособления для выпекания различных хлебобулочных изделий
Формы для выпечки
Специальные приспособления для выпекания различных хлебобулочных изделий.
  • Ступа – емкость для растирания и толчения твердых продуктов путем раздавливания специальным прессом (пестиком)
Фото ступы
Емкость для растирания и толчения твердых продуктов путем раздавливания специальным прессом (пестом).
  • Горшочек – глиняная емкость для запекания в духовке
Горшочек с едой
Глиняная емкость для запекания в духовке.
  • Нож – инструмент для всех видов резки
Ножи на досточке
Инструмент для всех видов резания.
  • Скалка – инструмент для раскатывания теста
Скалка с тестом
Инструмент для раскатывания теста.
  • Казан – емкость с полукруглым дном
Казан с мясом
Казан – емкость с полукруглым дном.
  • Толкушка – инструмент для раздавливания
Фото толкушки
Толкушка – инструмент для раздавливания.
  • Утятница – толстостенная емкость вытянутой формы
Утятница с едой
Толстостенная емкость вытянутой формы.
  • Молоток для отбивания – инструмент для размягчения мяса
Молоток для отбивания
Инструмент для размягчения мяса.
  • Сотейник – особая емкость
Фото сотейника
Сотейник – нечто среднее между кастрюлей и сковородой.
  • Половник – прибор для разливания жидкой пищи
Половники с кастрюлей
Половник – прибор для разливания жидкой пищи.
  • Мантоварка – емкость для приготовления пищи на пару
Мантоварка
Емкость для приготовления пищи на пару.

И иные столовые приборы (ложка, вилка, лопатка, шумовка и др.), предназначенные для использования в процессе приготовления пищи

Данные виды посуды могут иметь иные названия в зависимости от размера и формы. Например, пресс для чеснока (чесноковыжималка) должен раздавить головку чеснока путем измельчения. Или мясорубка, несмотря на размеры и большее количество деталей, является, по сути, механической теркой для размалывания и измельчения продуктов питания.

Также следует учитывать, что один и тот же предмет может иметь национальные модификации. Так, например, сотейник – нечто среднее между кастрюлей и сковородой, подарен миру французскими поварами. В отличие от своих известных сестер он предназначен для переворачивания без использования дополнительных приборов, т. е. путем подбрасывания в процессе приготовления блюда.

Сотейник с едой
Он предназначен для переворачивания без использования дополнительных приборов.

Помимо вышеуказанной градации, можно провести классификацию по назначению: варка, жарка, тушение. Назначение тесно связано с материалом, из которого изготовлена емкость.

Кроме национального колорита у посуды есть исторические и специальные формы. Например, раньше вместо чайника в каждом доме господствовал самовар. Также для приготовления кофе не в каждом доме есть кофемолка и турка.

Кулинарные традиции ногайцев-карагашей — мегалекции

Ногайцы-карагаши, этническая общность имеющая расселение в селах Красноярского района, с.Лапас Харабалинскго района, с. Растопуловка Приволжского района Астраханской области и в городе Астрахани. Вопросами изучения этнической истории и традиционной культуры ногайцев-карагашей занимались Л.Ш.Арсланов, В.М.Викторин, А.Р.Усманова, Э.Ш.Идрисов, А.В.Сызранов и Ж.Х.Скрыльникова и др. Этими авторами были освящены такие аспекты этнографии ногайцев-карагашей как общественные и семейные традиции, религиозные верования, материальная культура в аспекте жилищного строительства и др.. А вот, что касается традиционной кухни и кулинарных традиций, то эти вопросы не были объектами специального исследования.

Из дореволюционных авторов интересные материалы о традиционной кухне ногайцев-карагашей представлены у П.И.Небольсина, В.А.Мошкова, В.Д.Пятницкого и др. Изучая их материалы, а также используя данные собственных полевых исследований, нам удалось составить представление об этой важной составной части материальной культуры.

Традиционная пища ногайцев-карагашей складывалась из мясо-молочного рациона. В период кочевой и полукочевой жизни в рационе ногайцев преобладала конина. Даже баранина тогда считалась в большей мере праздничной пищей и раздавалась на пиру, согласно сложному ритуалу.

Рыба, овощи и соль в пище ногайцев раньше употреблялись редко. Только в советское время в пищу активно входит рыба, в связи с наличием рыболовецких колхозов.

Среди традиционных блюд карагашей можно выделить баурсак и калакай (жареное на масле тесто); кыздырмыш (обжаренная лепешка с оформленной по краям лепкой); май боьрек или кызыл боьрек (удлиненные пирожки, защипанные мастерски специфическим узором с начинкой из изюма или густого повидла); турамша с алпамой (мелко нарубленные кусочки вареного мяса с ломтиками отварного теста); кувырдак (обжаренные внутренности животных с луком и картошкой); казы, толтырма (разновидности колбас); касык или ак боьрек (пельмени); балык сорпа (уха); «талкан» (кашеобразная пища из проса); различные виды изделий из молока: «ак» (кислое молоко), «псляк» (брынза), творог (сезбе).

В среде карагашей употребляются напитки: ногъай шаьй (ногайский чай), кумыс, шуват, айран, бал буза, сербет сув и др.

Особое внимание в национальной кухне уделялось ногайскому чаю. По свидетельству старожилов, приготовляли семь разновидностей ногайского чая. На сегодняшний день нам удалось зафиксировать пять видов: «боьртенке», «шама шай», «зынъкыйтпа шай», «къара шай», «йолга барсын шай». Лучшим считался «боьртенке шай», сваренный из кирпичного чая (шабар шай) с добавлением сливок и сливочного масла. Шама шай – это чай бедняков, который вновь варили из спитого чая. Кара шай – это черный чай, чай без молока. Беднота заваривала чай листьями растения «куврай», груши (кертпе), жареного ячменя.

Особенно, полезен кумыс. Кумыс, по признанию многих медицинских светил хорошее средство для лечения болезней желудка, а также он благотворно влияет на нервную систему. Но особо отмечают целебные свойства кумыса в лечении и профилактике туберкулеза. Также в прошлом из верблюжьего молока делался шуват.

Интересно употребление в прошлом бал бузы, это алкогольный напиток из проса и меда. Была целая традиция распития бал бузы в долгие зимние вечера. Мужчины специально собирались в юртах, пили бал бузу и пели героические песни, восславляя героическое прошлое.

Пищу принимают за тастарханом. Тастархан – это скатерть, постеленная на шерстяной ковер кииз.

В тяжелые времена, когда мясо иногда было роскошью, почетным гостям подавали «салма». Вареное тесто, политое поджаренным на огне сливочным маслом с луком. Вода, в которой варилась «салма» не выливалась, ее называли «бламыкъ» – подавали его потом как бульон.

В военные годы, когда еды было мало, ногайцы употребляли в пищу «тамр» – корни растений. Их сушили на сухой сковороде или в котле, перетирали многократно через «китен» (что-то вроде брезента) до образования однородной белой массы. По очертаниям «тамр» – корни были похожи на детские тела. По берегам ильменя собирали «бутлашен» – корнеплод, похожий на картошку, правда жестче и на вкус слаще. Его варили в воде.

Большинство блюд карагаши готовили на костре, в золе. Так, например, для приготовления калакая, брали две сковороды – тава, закапывали в золу. Особенно хорошо подходила зола после тизеков (сено с коровьим пометом, засушенное в специальной форме).

Также блюда варились в специальных казанах, в наше время его тоже продолжают использовать.

Для долговременного сохранения пищи в период, когда вообще отсутствовали холодильники, мясо солили и сушили на солнце, после этого еще долго использовали для приготовления блюд.

Особенно было специфично приготовление творога и молочных изделий. В качестве закваски использовали «лтабар». Желудок коровы или барана высушивали на солнце, солили и добавляли в свежее молоко кусок желудка– «лтабар».

При процеживании творога оставалась сыворотка («сар сув»). Сыворотку кипятили, оставался осадок. Его выжимали в ладонях для удаления лишней жидкости, получались специфичные комки желтого цвета – «кырт». Часто такой «кырт» использовался вместо сахара. Также в «кырт» можно было добавить соль, получалось очень вкусное солоноватое лакомство для детей.

В качестве сладости делали «кайнатъкан сикер» (вареный сахар). Раскаляли сковороду, затем добавляли в строгой последовательности следующие ингредиенты: масло, сахар, молоко. Обязательное условие – медленный огонь и постоянное помешивание.

На сегодня устойчивыми традициями кочевого характера в среде ногайцев-карагашей являются половозрастная субординация и почитание старших. Это проявляется и в отношении еды. Так, например, за столом первым еду подают представителям старшего поколения. Во время национальных праздников и мероприятий семейного характера, мужчины и женщины садятся отдельно. Во время сватовства особо ценится представитель сватов – «бас кода», ему первому дают право отведать голову коровы или барана, также верхнюю часть головы (бас) дают старшему поколению мужчин, нижнюю часть – женщинам. Особая традиция после принятия пищи – подача бульона (мучного или мясного).

Происходит обмен подарками (киит). Самый ценный «киит» получает отец жениха, даже в том случае, если его нет в числе сватов. Другие сваты получают «киит» по степени родства. Также сваты приносят «чимис». Большой чимис представляет собой мешок со сладостями (конфеты, орехи, печенье). После сватовства невеста угощает им своих подружек и родственников, со словами «чос болсын», т.е. «и вам такого же счастья».

Когда новорожденному давали имя, пекли калакай (жареное на масле тесто) в виде кольца. Сквозь него продевали лоскут первой рубашки новорожденного и повязывали на шею собаки, которая впоследствии должна была его съесть. Раньше говорили «ит акле китсын» – все плохие разговоры уходили с собакой.

Для почитания умерших родственников каждый четверг, в течение года жарили на масле мучные изделия («ис шыгарад»), тем самым отдавая дань уважения предкам.

В день свадьбы, когда невесту с женихом провожают из дома, обязательно угощают молоком. «Ак чол болсын», т.е. пожелания белой и светлой дороги молодым.

Кухня ногайцев-карагашей – наиболее консервативный элемент традиционной культуры. Изучая ее элементы можно составить представление об этнической специфике данной этнической общности и этнокультурных контактах. В целом, хочется отметить, что сегодня в период общего интереса к национальным традициям, необходимо искать различные формы более яркого представления богатства культур народов нашего многонационального края.


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

В данной статье я хотел бы рассмотреть некоторые тюркские легенды об основании Астрахани и Казани. Удивительно, что эти легенды во многом совпадают. С одной стороны, это можно было бы объяснить фольклорными заимствованиями. Однако, на мой взгляд, более верно видеть в этом сходстве (даже несмотря на позднее происхождение легенд) типологическое, архетипическое единство.

Условно рассматриваемые легенды можно разделить на «драконьи» и «строительные». Начнём с «драконьих». В сочинении османского автора Эвлия Челеби ибн Дервиша (1611-1679/1683)1 «Сейахат-намэ» («Книга путешествий») приводится легенда о происхождении названия города Астрахани: «В древние времена этот город (Астрахань. – А.С.) лежал в развалинах и в нём находился дракон-аждерха. Пожирая всех сынов человеческих, обитающих в степи Хейхат, и всех живых тварей, он погубил несколько стран. Впоследствии некий хан-богатырь убил этого дракона, а всю округу сделал безопасной и благоустроенной – поэтому эту страну стали называть Аждерхан» (11. С. 132).

Демон аждаха (или аждага, айдахар, аждахар) хорошо известен в народной демонологии тюрков Нижней Волги. У юртовских ногайских татар, ногайцев-карагашей (т.н. «кундровских татар»), казахов, туркмен Астраханской области он представляется как чудовищный змей, дракон, «главный среди змей». Юртовские татары и казахи считают, что демон может иметь несколько голов и крылья. В представлениях карагашских ногайцев айдахар живёт на кладбищах. Поэтому, приходя на кладбище, необходимо молится, чтобы демон не появился. От него можно спрятаться под семью котлами-казанами. В юртовских и казахских сказках аждаха – людоед. Он прилетает в аул и пожирает людей. Герой-батыр убивает дракона в поединке и спасает мирных жителей (7).

Образ аждахара/аждарха распространён в мифологии многих тюркоязычных и ираноязычных народов Малой Азии, Центральной Азии, Северного Кавказа, Поволжья и Западной Сибири. По мнению большинства исследователей, он восходит к персонажу иранской мифологии Ажи-Дахака (1. С. 24). В зороастрийской Авесте Ажи-Дахака – трёхглавый дракон, один из сильнейших демонов. Он был побеждён божеством Траэтаоной, закован в цепи и подвешен в вулканическом жерле священной горы Демавенд (на территории современного Ирана). Перед концом света Ажи-Дахака вырвется на волю и воцарится в мире на короткий срок (4. С. 24). Интересно, что в представлениях астраханских туркмен злой дух аждахар также должен появиться перед концом света.

Сообщённая турецким путешественником астраханская легенда встречает неожиданную аналогию в фольклорных материалах об основании города Казани, зафиксированных в исторической традиции. Так, в русской летописи «Казанский летописец», составленной около 1564-1565 гг., повествуется о том, как некий царь Саин Болгарский в 6685 (т.е. в 1177) г. решил основать город «на Волге, на самой украине русской, на сей стране Камы реки». Однако «живяше ту возгнедився змей велик и страшен о дву главу: едину имея змиеву, а другую главу волову. Единою пожираше человеки и скоты и звери, а другою главою траву ядяше. А иные змии около его лежаше, живяху с ним всяцеми образы. Тем же не можаху человецы близ места того миновати… Царь же… не домышляшеся, како извести змия того от гнезда своего, яко до того ради будет град крепок и славен везде. Изыскався в воех его сице волхв хитр и рече царю: «Аз змия уморю и место очищу». Царь же рад бысть и обещася ему царь нечто дати велико, аще тако сотвориши. И собра обояник волшением своим вся живущя змия те от века в месте том к великом змию во едину громаду согна и всех чертою очерти, да не излезет из нея ни едина змия, и бесовским действом всех умори. И обволоче кругом сеном и тростием, и дровием, и лозием сухим многим. И полияв серою и смолою, и зажже огнём, и попали, и пожже вся змия, великаго и малыя… И сим образом очисти место то. Царь возгради на месте том Казань…» (2. С. 216-217).

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

Герб Казани – крылатый дракон Зилант (утвержден 18 октября 1781 г.)

Казанский исследователь М.Г. Худяков писал, что, согласно преданиям, «место современной Казани было обильно змеями, причём один змей был крылатым и жил на Змеиной горе (Жылан-Тау) в окрестностях города (ныне Зилантова гора…); строителям города пришлось истребить змей посредством сожжения соломой; при истреблении змей крылатый дракон улетел со Змеиной горы и утонул по одному варианту – в озере Кабан, по другому – в Чёрном озере». Далее исследователь добавляет, что «легенды о чудовищных и летающих змеях существуют в нескольких местностях Казанского края» (10. С. 251-252).

Следует отметить, что астраханские и казанские легенды о драконах и городах далеко не уникальны в тюркском фольклоре. Так, например, по сообщению советского этнографа Г.П. Снесарева, среди хорезмских узбеков бытовала легенда об основании древнего города Гурганджа (Ургенча) на месте, где жили два дракона-аждархо, которых убил странствующий богатырь-палван Хоразм (8. С. 29-31).

Несколько слов о семантике вышеизложенных легенд. М.Г. Худяков, анализируя казанские легенды о змеях, считает, что в эти легенды «вкладывался аллегорический смысл, причём мусульмане старались видеть в змеях, изгнанных из Казани, язычество, а христиане подразумевали ислам, вытесненный христианством» (10. С. 252). Однако, в «Казанском летописце» речь явно идёт о древнем прошлом Казанского ханства, а не о времени завоевания его войсками Ивана Грозного. Поэтому странно видеть в этой легенде аллегорию о смене ислама христианством. Столь же странно усматривать в легенде антиязыческую основу, учитывая, что «змей велик» был истреблён колдуном-«волхвом» из числа «воев» царя Саина Болгарского. На мой взгляд, данные фольклорные сюжеты скорее отражают архаическую мифологему космогенеза, согласно которой мифологические герои, первопредки-демиурги, посредством уничтожения змеиных существ, персонифицирующих Хаос, способствуют созданию упорядоченного Космоса – в данном случае города (Ср.: 5. С. 208-211).

С мифологемой космогенеза, на мой взгляд, связаны также легенды о «строительных» жертвах. В одной из легенд об основании Казани повествуется следующее: «В те времена, сказывают, был странный обычай: перед тем, как построить новый город, совершали в память этого события жертвоприношение. По обычаю…, Галимбек (хан, другие фольклорные имена которого Алимбек, Али-бий, Али-баба, Либей. – А.С.) заставил бросит жребий между одним своим приближённым и своим сыном. На кого выйдет жребий, того необходимо было закопать живым в фундамент строящегося города». Жребий выпал на долю ханского сына. Отец, естественно, не хотел смерти наследника. И тогда «старейшины города» без ведома хана зарыли под фундаментом собаку. Галимбек, узнав об этом, «задумался и решил, что это дело не добру», боясь, что когда-нибудь достанется в руки «собак», т.е. врагов (9. С. 102).

В работе российского этнографа-тюрколога В.А. Мошкова (1852-?) приводится легенда астраханских ногайцев-карагашей о святом Хазрет-Хамете: «Святой Хазрет-Хамет был славный богатырь, со многими он воевал и побеждал. У него был конь, который понимал своего хозяина». Данный святой построил в Астрахани мечеть, которая впоследствии (т.е. после завоевания Астраханского ханства русскими войсками) была обращена в православный храм – Успенский собор Кремля. Причиной этого стало следующее обстоятельство. Когда она строилась, Хамет приказал плотникам схватить первого мальчика, который придёт к месту постройки, и зарыть его (возможно, это отголоски архаического мифа о «строительной жертве»). Пришёл сын самого Хамета. Плотники пожалели его и закопали в землю русского мальчика. Узнав об этом от плотников, Хамет укорил их и сказал «Ну, теперь постройка пропала». Так и случилось (6. С. 63-64). Кстати, Хазрет-Хамет – это, вероятно, Хамет-ата, или Химат/Хамат/Эмет-ата, чья святая могила, по сведениям моих информаторов, находилась в самой Астрахани, в районе бывших Пороховых складов (в «Жилгородке», в совр. Кировском районе г. Астрахани); ныне забыто (7).

Опять же анализируя семантику «строительных» легенд, мне представляется, что данный сюжет отражает распространённый во многих мифологических традициях архетип о «первожертве». Создание мира из Хаоса богами или демиургами-первопредками в мифах часто трактуется как убийство гигантского, как правило антропоморфного существа, расчленение его тела и конструирование мира из этих частей. В основе подобных мифов, как считает Е.М. Мелетинский, реальные жертвоприношения. Так, в архаических земледельческих обществах принесённые в жертву девушки якобы превращались в злаки и давали жизнь растениям (5. С. 202-203). В астраханской и казанской легендах – тот же мифологический смысл: предполагаемая жертва должна была как бы скрепить «фундамент» новой создаваемой реальности2.

Библиографический список

1. Басилов В.Н. Аждарха // Мифологический словарь. М., 1991. С. 24.

2. Из глубины столетий. Казань, 2000.

3. История земли Харабалинской. Астрахань, 2008.

4. Лелеков Л.А. Ажи-Дахака // Мифологический словарь. М., 1991. С. 24-25.

5. Мелетинский Е.М. Поэтика мифа. М., 2000.

6. Мошков В.А. Материалы для характеристики музыкального творчества инородцев Волжско-Камского края. Мелодии ногайских и оренбургских татар. I. Введение // Известия общества археологии, истории и этнографии при императорском Казанском университете. Казань, 1894. Т. XII. Вып. 1. С. 1-67.

7. Полевые материалы автора.

8. Снесарев Г.П. Под небом Хорезма (Этнографические очерки). М., 1973.

9. Хрестоматия по истории Татарстана. В 2-х кн. Кн. 1. Казань, 2003.

10. Худяков М.Г. Очерки по истории Казанского ханства. М., 1991.

11. Эвлия Челеби. Книга путешествия (Извлечения из сочинения турецкого путешественника XVII века). Вып. 2. Земли Северного Кавказа, Поволжья и Подонья. М., 1979.

Е.И. Герасимиди

ОГУК «Астраханский государственный объединенный

историко-архитектурный музей-заповедник»

«АРИФМЕТИКА» Л. МАГНИЦКОГО И ВОСПИТАНИЕ

ТОРГОВОЙ КУЛЬТУРЫ

В музее культуры Астрахани экспонируется знаковая для XVIII книга – «Арифметика, сиреч наука числительна…» Л.Ф.Магницкого, первый российский печатный учебник математики, изданный в 1703 году, который справедливо считается математической энциклопедией своего времени. В «Арифметике…» наряду с арифметическими, давались сведения по алгебре, геометрии, геодезии, тригонометрии, навигации и астрономии. Исследователи отмечают благотворное влияние книги на развитие физико-математических знаний в России: «Около 50 лет она не имела конкурентов, и сыграла в истории русского математического образования чрезвычайную роль» (4.С.3). В основном труд Магницкого изучался как учебник, в данной статье хотелось бы рассмотреть «Арифметику» как пособие для самообразования, своего рода самоучитель для определенного сословия- купечества на основе анализа текста и изучения экземпляра книги, хранящегося в Астраханском музее-заповеднике.

Создание «Арифметики» неразрывно связано с Навигацкой школой в Москве, первым светским профессиональным учебным заведением в России, где Леонтий Магницкий преподавал. Он написал этот учебник в первую очередь для нужд школы. Математика в XVII в. считалась очень трудным предметом, если и вводилась в школьную практику, то лишь в старших классах, арифметическое деление оставалось для многих недоступным, учебников не было, в обращении находились ученые сочинения для особых любителей математических вычислений. Вместе с тем, было бы несправедливо считать «Арифметику» только учебником для юношества.

Обогащение страны посредством торговли, вот одна из целей, поставленных Петром I, для чего следовало «научаться поныне им неизвестным познаниям и тем искуснее становиться во всех торговых делах». (5. С.73) Автор однозначно дает понять в предисловии, что труд его предназначен не только для «мудролюбивых российских отроков», но и для «всякого чина и возраста». Сам Леонтий Магницкий изучал математические науки самостоятельно, и книга написанная им, учитывала возможность самостоятельной работы. Автор указывает на это в начале учебника: «Аще бо, кто и без учителя, Творится в ней обучителя»(2. Л.3) «И мню аз яко то имать быть, Что сам себя всяк может обучить».(2. Л.5об.)

В тексте есть неоднократное обращение непосредственно к читателю, Магницкий ведет с ним беседу: «Аще хощеши да бы произведение во умножении было…», «Но и сие ведай, яко не едину часть токмо или две…» После глав помещались стихи, подбадривавшие того, кто занимается по книге: «Читателю любезный, Слыши глас мой полезный, Аще бо ты потщился, Добрых целях обучился».(2. Л.41)

Кого же Леонтий Магницкий видел своим читателем? В главе «Трудолюбивому и миролюбивому читателю о господе радоватися» он перечисляет людей, кому в первую очередь нужна математика: это «купеческие люди», «денежных дел начальники», «хранители царских сокровищ», «икономы», «землеописатели», «всяких размеров художники».(2.Л.15) В «стихах на предлежащий герб» это еще и – «морской пловец навигатор или гребец», «воин», также автор считает, что «наука счисления» необходима «ремесленным и художным, подданным разным и вельможным».(2.Л.5) Неизменно среди упоминаний о профессиях первыми назывались купцы. Магницкий видел в знаниях путь к богатству, а в богатстве – средство укрепления государства, что отразилось в стихотворной форме в предисловии к «Арифметике»: «Любить же мудрость и науки, Чем богатство нам придет в руки, А иже людей обогатить, убо и царство распространить, Грады укрепить и построить, И всю землю си упокоить».(2.Л.3)

«Книгу первую» «Арифметики» можно назвать энциклопедией для купцов, хотя она рассчитана на широкий круг читателей. В первой части «книги» рассматриваются арифметические действия, к каждой задаче дается решение и большинство представленных в ней задач (15 из 25) – на тему купли- продажи: «Купецкий человек купил в пяти местах сукон, в первом 397 аршин,…и возжелал ведати, сколько во всей покупке аршин будет».(2. Л.17) Примеры, связанные с торговлей, удобны для изучения арифметики как школярам, так и взрослым- автор доходчиво объясняя учащимся то или иное правило на понятном примере, торговцы могли овладеть арифметическими действиями на близком им материале. В задачах на вычитание, всего один раз упоминается «купец некий» и один раз «житопродавец», но только на первый взгляд задачи не связаны с купечеством, вот их тема: «Некий заимодавец имел должника…», «Человек некий подрядился поставить кирпич…», «Человек некий купил сукон…». Масштабы сделки явно не для домашних нужд, размах торговых операций – купеческий. Несомненно, и долги, и подряды, и раздача милостыни входит в круг интересов купечества.

Интересно как именует покупателя или продавца Магницкий: «некий человек», «некто купецкий человек…», «три лица из купечества», «некий купец», «житопродавец некий», «оный гость», «гостиный человек».(2.Л.7-8) Такое многообразие названий отражает процессы, происходящие в петровской России, когда сословие купечество еще до конца не сформировалось, отсюда и «некий человек», совершающий крупные торговые операции, но купцом еще не называющийся.

Есть в «книге первой» глава, целиком посвященная конкретным торговым операциям: «Различная и гражданству потребная действования чрез прешедшия части», представляющая собой интересный источник для исследователя истории купечества. Глава делилась на ряд статей: «торговля тройная со временем», «торговля меновая в тройном правиле», «торговля складная с прикащики и с людьми их» и др. Здесь, среди разнообразных примеров из торговой жизни, приводятся задачи, дающие возможность не только сделать необходимые вычисления, нужные купцу, но и предоставляющие необходимые сведения для ситуаций, с которыми он может столкнуться. Например, как сосчитать втроем «громаду денег», правильно разделить наследство, рассчитать напитки для пира, который будет продолжаться 7 часов с 10 приглашенными что бы «не переходить предела в питии»(2.Л.142) как справедливо заплатить работнику, подрядившемуся работать год за 12 рублей и кафтан, но проработавшему всего пять месяцев.(2. Л.114.об.) А так же, задачи совсем неожиданные для учебника математики: «Некогда в Константине граде 20 человек мыхося в бане в них же бяху христиане, турки же и евреи, а оставлено имати за баню с турченина по полденьги, а с хрестианина по деньге, с евреина же по 3 деньги….».(2. Л.120) Подобные задания кроме арифметических знаний передавали практический опыт, который мог пригодиться купцам, как в России, так и тем, кто отправляющимся торговать «за море». Магницкий как будто пытается охватить все стороны купеческой жизни. Предлагает «ради пользы читателей» «наипаче же купеческим людем» исторические и современные сведения со сравнительными таблицами о деньгах других государств, о весах и мерах, о времени.

Леонтий Магницкий показал хорошее знание купеческого дела, книга получилась крайне полезной, в том числе и для астраханских купцов. Некоторые примеры перекликаются с Астраханскими реалиями того времени: «купил сосуд шафрана», «купил мех перца…»(2.Л.93) эти заморские товары поступали в Россию через Астрахань. Актуальными были также примеры о «кумпанствах» в середине XVIII в. когда создавались как крупные торговые компании, (например, компания «персидского торга» и среднеазиатская компания в Астрахани), так и объединение небольших капиталов купцов среднего достатка. История купечества неразрывно связана с благотворительностью, отсюда задачи соответствующей тематики «Некий человек обещал нищим раздать 5604 копейки и остатки в церковь отдати…».(2.Л.83) «Некто муж благоговеин внизе в сиротопитательницу милостыню дать убогому…».(2.Л.162) автор не только задачу разбирает, но и напоминает читателю о христианском долге.

На книге есть пометы, которые доказывают, что она пребывала в астраханских купеческих семьях до конца XVIII века. Имеется владельческая надпись о том, что эта книга подарена астраханскому купцу Ивану Петрову, сыну Волковоинову 21 января 1773 года. Его отец, Петр Михайлович Волковоинов, был крупной фигурой в купеческом мире Астрахани, он входил в состав Персидской компании, занимался внешней торговлей, строил корабли. Далее идет надпись, что эта книга принадлежит астраханскому купцу Ивану Астраханцеву. Астраханцев неоднократно фигурирует в торговых делах Астрахани XVIII века, в частности он построил шняву «Святой Алексей» грузоподъемностью 13660 пудов (3.С.13), был одним из директоров среднеазиатской компании. Книгу он продал астраханскому купцу Игнатию Богданову за четыре рубля.

Отдельные фрагменты книги переписывались, на что указывают карандашные пометки «оное писать после нумерации»(2.Л.57), можно сказать, таким образом «Арифметика…» «тиражировалась», что еще раз подчеркивает ее популярность.

«Арифметика» состояла из трех частей, или «книг» как назвал автор: собственно арифметики для «общенародного человека», во второй книге излагаются основы алгебры и геометрии, в третьей – «общее о земном размерении и еже к мореплаванию принадлежащее». В последних двух частях уже не было стихов, подбадривания читателя, и тому подобной занимательности, поскольку предназначались они для тех, кто уже знал азы математики, их не было необходимости уговаривать учиться.

В астраханской книге наиболее «зачитаны» как раз первая и последняя части, что отражает важнейшие направления в занятости астраханцев- торговля и мореплавание, тесно между собой связанные. В «книге» о мореходстве Магницким впервые приводилась широта и долгота Архангельска, Астрахани, Москвы, Киева.

«Арифметика…»была издана большим тиражом – 2400 экз., для навигацкой школы нужно было только 500. Остальные экземпляры разошлись по стране, один учебник (известный нам) оказался в Астрахани и был востребован среди купечества. Если в учебных заведениях по «Арифметике» занимались в учебных заведениях на протяжении 50 лет, то купцы, судя по экспонату астраханского музея-заповедника, пользовались ею до начала XIX века, ведь первый учебник «Купеческая арифметика. Руководство для купцов и реальных училищ», написанный А.Штейнгаузом был издан только в 1850 году.

«Арифметика» Л.Магницкого стала событием в культурной и просветительной жизни XVIII века, несомненно, для астраханских купцов книга была необходима в деловых операциях, прививала культуру торговли, расширяла кругозор, позволяла совершенствовать свои знания, что остается актуальным и для сегодняшнего дня.

Библиографический список

1. Денисов А.П. Леонтий Филиппович Магницкий. М.,1967.

2. Магницкий Л.Ф. Арифметика, сиречь наука числительна…М., 1703.

3. Рябцев А.Л. Экономическое развитие Астраханского края в XVIII веке. Астрахань, 2000.

4. Симонов Р.А. 300 лет Арифметики Леонтия Магницкого. http://www.naukarun.ru

5. Соловьев С.М. История России с древнейших времен. М., 1978.Т.15.

6. Фунтикова.А.А. Леонтий Магницкий и его «Арифметика» http://www.museum.nnov.

Е.И. Герасимиди

ОГУК «Астраханский государственный объединенный

историко-архитектурный музей-заповедник»


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

В АСТРАХАНИ (1809-1818 гг.)

О первых годах существования в Астрахани театра известно немного за недостатком источников. Этой темой занимались члены Петровского общества исследователей Астраханского края (5), в Государственном архиве Астраханской области удалось найти дело, которое послужило основой для доклада общества (3), но некоторые сведения члены Петровского не использовали. Так же выявленные и другие дела, позволяющие дополнить информацию о становлении драматического искусства в городе.

Датой официального открытия театра считается декабрь 1810 года, однако в дневниках протоиерея Скопина прямо говорится об открытии в Астрахани театра в 1797г.: «В Астрахани появился театр и представлена была опера «Мельник» в первый раз». (8. С.145) Мемуарист не называет владельца театра, но документе приведенном И.Саввинским упоминается «содержатель вольного театра Евреинов» (7 С.212) Евреиновы- известная фамилия в Астрахани, ее носили представители разных сословий, в том числе и купцы. Возможно, первый театр был открыт представителем крупного купечества, но отсутствие источников не позволяет это утверждать. Видимо, театр Евреинова просуществовал недолго и не оставил особого следа своего пребывания.

Дата открытия театра А.К.Грузинова не вызывает сомнений, тому нашлись дополнительные подтверждения.

С легкой руки А.Штылько который назвал старый астраханский театр «каменным сараем»,(9. С.43) бытует мнение, что театр был перестроен из сарая. Следов пресловутого «сарая» найдено не было, но открылся другой интересный факт. Как известно, хозяином первого дома был купец Степан Екимович Токарев. В ноябре 1809г. он обращается в городскую думу с прошением освободить его от постоя, поскольку «имеет он в городе Астрахани собственный каменный дом, состоящий в Белом городе в приходе церкви Николы Гостиного, принадлежащий прежде купеческому и мещанскому обществам,…каменные погоревшие казармы…купленный им дом, пожаром поврежденный, желает он ныне возобновить оной починкою с покрытием черепичной крыши, а состоящий при оном доме особый двор огородить забором для складки материалов».(4. С. 66) Возможно восстановленные «погоревшие казармы» и стали зданием театра, казармы предполагают просторное помещение, тем более, что располагались они «на Спасской улице, а в задней стороне по Горянской улице» (там же), в районе Театрального переулка. Кроме театра, в здании располагалось благородное собрание, что опять же в пользу того, что помещение было приличным. Аргументом того, что театр мог располагаться в перестроенном доме, служит тот факт, что слишком уж быстро дом ветшал, современники описывают его не лучшим образом. По отзывам второй половины XIX в. здание никак не было похоже на театральное – неудобное, в окружении питейных заведений, со складом спирта в подвале.

Нашлись новые сведения о подпоручике Андрее Грузинове, основателе театра. В книге М.Абросимова высказывается предположение, что возможно упоминаемый в «Записках» Ф.Ф.Вигеля некий «вольный актер Грузинов, который припорядочно знал свое дело» игравший в домашнем театре помещика В.И.Кожина и есть основатель Астраханского театра (6. С.8). Это соответствует действительности, сам Грузинов упоминал о своей работе в театре Кожина (1,5).

Кроме театральной деятельности, Грузинов, хотел попробовать свои силы в качестве частного учителя, дав объявление в «Восточных известиях» о том, что он возьмется за известную плату обучить детей от 7 до 10 лет чтению и письму. Директор гимназии А.А.Храповицкий обратился по этому поводу с жалобой к вице-губернатору А.И.Коростовцеву. Раздражение Храповицкого можно объяснить наличием мелких школок с не всегда достойного уровня педагогами, оттягивавших учеников от государственных учебных заведений. Тем более, что разрешение на преподавание надо было испросить через директора губернских училищ и получить надлежащее свидетельство. Было заведено дело, издатель И.Вейскгопфенподвергся внушению, чтобы не помещал подобных объявлений самовольно. Он оправдывался тем, что «рассудил, что г. Грузинов движимый человеколюбием приглашает детей и бедных сирот для обучения их чтению и писанию по причине недостатка приходских училищ» (1. С.4). Грузинов вынужден был объясняться, зачем он затеял подобное предприятие без разрешения: «Позволения ни от кого не имел, а природа и любовь к человечеству побудили быть полезными Астраханской публике»(1. С.5).

Есть и другие сведения о Андрее Кирилловиче – жену его звали- Матрена Степановна, она была актрисой, в день ее бенефисного спектакля 14 февраля 1818г. на сцене выступали и их дети, в афише значилось: «По окончании 1-го действия малолетняя дочь г. Грузинова будет петь арию во селе, во селе Покровском» (так в тексте), «По окончании оной комедии сын и дочь г-на Грузинова будут плясать по-армянски в армянском гардеробе» (3. С.1).

К сожалению сам Андрей Кириллович страдал распространенным пороком, пьянством, что сказывалось на его деятельности- за выход на сцену в нетрезвом виде 15 сентября 1817г. он был отдан под надзор полиции (3. С.30).

Кроме антрепренера, в театре был еще и директор, который занимался финансовой стороной дела, решал хозяйственные вопросы. Должность эта считалась «общественной нагрузкой» и не оплачивалась. Губернатору необходимо было выбрать «одного из членов здешней публики, знатока и любителя драматического искусства» (3. С.35), человека обязательно образованного. Предположительно первым исполнял обязанности директора театра купец Григорий Дмитриевич Смолин (1814 г), что свидетельствует о должном уровне этого человека. Губернатор, как это случалось и впоследствии, лично обратился с полуофициальным письмом к Смолину, объясняя необходимость взять на себя непосредственное управление театром финансовую и организационную сторону. Правда, в скором времени дела по театру были переданы чиновнику, коллежскому асессору М.А. Сучкову (2). Вероятно, Смолин не справился с делами или совершил какой-то промах. Когда Сучкова перевели на прежнее место службы, директором театра стал уже упомянутый А.А.Храповицкий. В письме к нему губернатора есть следующие слова: «Жалко было бы когда бы разрушилось сие единственное…удовольствие, которое стоило стольких попечений, издержек и времени»(3. С.35). Он так же отмечает, что театр располагает хорошими декорациями, гардеробом и имеет труппу хороших актеров.(там же). Проблемы со средствами у театра были всегда, приходилось занимать, так Сапожников одолжил на нужды театра 1000 руб., (3. С.57) губернатор тоже вкладывал в театр собственные деньги.

Имеется список лиц и организаций, абонирующих ложи в 1818г., отражающий полиэтничный состав Астрахани, в нем значатся: губернский секретарь Давыдов, персидское общество, купец Образцов, армянские судья, коллежский асессор Арузманов, купец Измайлов, титулярный советник Соколов, капитан 2 ранга Челаев, директор гимназии Храповицкий, плац-майор Рихарт, надворный советник Иванов, генерал-лейтенанта Жохов, вице-губернатор Ефименков, купец Сапожников, калмыцкий князь Тюмень и еще несколько чиновников.(3. С.16)

Возникла проблема с арендной платой помещения, занимаемого театром. 1 ноября 1810г. был заключен договор с организатором и содержателем театра А.К.Грузиновым на аренду помещения, по которому купец и получал деньги за первые четыре года. 15 мая 1818 г. С.Е.Токарев обращается с просьбой заплатить за следующие 3 года и 6 месяцев, поскольку с 1814 г. оплату за дом не получал. Оказалось, что он не оформил контракт письменно и на этом основании мог и не получить денег вообще, на что и указывал директор дворянского собрания, но А. Храповицкий вступился за Токарева, доказывая что купец, не заключая письменного договора доверился всему обществу и нельзя не ценить этого доверия. Он предлагал собрать деньги по подписке (3. С.23).Символичный факт- прошение армянского купца Токарева в 1818 году подписал по его личной просьбе купец Данила Плотников(3. С.23), дядя Николая Ивановича Плотникова, построившего здание ныне действующего драматического театра.

Первые годы существования театра Грузинова в Астрахани были сопряжены с трудностями, но несмотря на многочисленные проблемы при помощи представителей власти и астраханской публики театру удалось закрепиться в городе.

Библиографический список

1. ГААО. Ф.1. Оп.4. Т.1. Д. №1365.шк

2. ГААО. Ф.1. Оп.4. Т.1. Д. 1366. Л.1.см

3. ГААО. Ф.1. Оп.5. Д.1154 б.д.

4. ГААО.Ф.480. Оп.1. Д.458 жур.

5. Астраханский справочный листок. 1891. №240.

6. Абросимов М. Это было давно. Астрахань, 1995

7. Савинский И. Историческая записка об Астраханской епархии за 300 лет ее существования с 1602 по 1902 г. Астрахань,1903.

8. Скопин Н.Г. Записки дневныя о делах и вещах достопамятных Протоиерея Николая Герасимовича Скопина.//Саратовский исторический сборник издаваемый Саратовскою ученою архивною комиссией. Т. 1 Саратов, 1891. С.75-597.

9. Штылько А.Н. Иллюстрированная Астрахань: очерки прошлого и настоящего города, его достопримечательности и окрестности. Саратов,1896.

З.А. Маломётова

Областная научная библиотека им. Н.К. Крупской, г. Астрахань


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

Предлагая вниманию общественности текст, опубликованный чуть более ста лет назад в местной прессе1, мы хотели бы обратить внимание на то, что он повествует не столько об уже достаточно, казалось бы, освещенной судьбе книжной коллекции нашего земляка, но в большей степени проливает свет на личность её владельца. И одновременно на личность автора текста (статьей назвать это возвышенно-взволнованное повествование просто не получается). Существует немало публикаций на тему «Репинская библиотека»: в суммированном виде мы изложили одиссею Репинского собрания в книге, вышедшей два года назад, приведя основную библиографию этой истории2.

Автором публикуемого здесь текста является Вячеслав Иванович Склабинский, редактор газеты «Астраханский листок», гласный городской думы и впоследствии председатель комиссии по управлению библиотекой И.А. Репина. Сведении о нём содержатся в статье3, появившейся в результате кропотливых поисков его правнучки Роксаны Валерьяновны Арсеньевой, хотя о роли прадеда в столь значимом явлении культурной жизни Астрахани она даже не подозревала.

К сожалению, мы не смогли ознакомиться с этим посланием из прошлого ранее. Сейчас, благодаря последовательно проводимым в Астраханской областной научной библиотеке мероприятиям по сохранности местных периодических изданий, бесценный источник информации о крае становится все более доступным.

Отметим, что статья Вячеслава Ивановича, командированного в Москву для принятия коллекции, послужила основой для написания им официального отчета по итогам поездки. В фондах Государственного архива Астраханской области сохранилось несколько вариантов этого отчета, в каждом из которых содержатся какие-то детали и нюансы, взаимодополняющие основу действий, приведших, пусть и не сразу, к тому, что город обладает книжными сокровищами, которые, как и надеялся когда-то их владелец, служат его землякам. Еще предстоит собрать воедино множество других разрозненных документов, что даст, как мы надеемся, картину более или менее завершенную: в настоящее время она далеко не полна.

Предварительно упомянем, что в текст нами были привнесены изменения (не считая того, разумеется, что он приводится в современной орфографии, хотя и с сохранением авторской пунктуации). Правки заключаются в раскрытии имен и должностей, часто приводимых Склабинским в сокращенном виде. Некоторые оговорки автора поправляются в комментариях. Единожды мы решили применить угловые скобки, дабы отметить явно пропущенное слово. Названия периодических изданий в библиографическом описании приводятся также в сокращенном виде: АЛ. – «Астраханский листок»; АВ. – «Астраханский вестник». Итак, предоставляем слово Вячеславу Ивановичу: Sapienti sat!

Из Репинской библиотеки

Эти строки набрасываются в тесном, низеньком, закопченном номере старых «меблированных комнат на Большой Кисловке»4, – как раз в том самом, где 30 марта прошлого года, после недолгой борьбы с застарелым недугом, кончил свои дни Иван Аполлонович 5 Репин…

Мой номер один из четырех, точно таких же, в которых старый6 библиофил, 27-летним молодым человеком скрылся от всего мира, кроме любезных его сердцу старинных книг и гравюр… И все в этом номере носит на себе отпечаток аскета-библиофила.

Нелюдимый, недоверчивый, вероятно – скуповатый холостяк виден в каждой оставшейся мелочи: в каждом газетном листе, аккуратно сложенном в засунутом между ореховыми, солидными и красивыми шкафами, где заботливой рукою хозяина стройными и строгими рядами расположились эти сотни солидных, часто редких, книг, альбомов и папок; в каждой пачке – (а сколько этих пачек!) – в каждой пачке коробок от папирос «Лаферм»7, любимых покойным, – коробки служили в качестве предварительных вместилищ для карточного каталога; – в каждой из <них> массы собственноручных записочек и табличек, с пестреющими на них мелкими заглавиями книг, надписями гравюр, эстампов, портретов…

На всем, на всем лежит печать анахорета, во многом для нас, современников, не такого, какими мы бываем сами, и потому нам как будто даже чужого. И, находясь в этой обстановке, я как-то невольно полюбил этого уже несуществующего человека, как-то к нему приблизился, словно к родному, задружил с ним, и мне часто хочется защищать его от понятных, но несимпатичных мне замечаний моих товарищей8 по работе…

Я сплю на его кровати, – на той самой, на которой он умер (на ней после того, как он был взят с нее и отправлен на Ваганьковское кладбище9, никто еще не спал), – и, ложась на эту кровать в первый вечер, я мысленно беседовал с покойным дружески, и вот уже десятую ночь сплю на ней крепко и невозмутимо.

Дружу с покойным. Перед сном просматриваю старый-престарый (начала 50-х годов прошлого столетия) том «L’Illustration» или «Journal Amusant»10 или томик какого-нибудь классика конца XVIII века… Отдаюсь мыслям и впечатлениям, с которыми этот человек собирал свои книжные сокровища, и мне становились понятными сдержанные, осторожные и деликатные выражения его переписки с нашим городским управлением по поводу передачи библиотеки…

Надо быть, конечно, специалистом книжно-антикварного и библиотечного дела, чтобы дать верную цену11 тому, что имеется в этих 26 больших шкафах, в нескольких сундуках и кучах фолиантов, книг и брошюр. Конечно, это не Румянцевское, не Чертковское, не Юсуповское книгохранилища12. Но это и не тот набор пестрой дешевки, какою перегружены полки частных и общественных библиотек. За исключением немногих, остальные, собранные покойным издания, не принадлежат к числу тех, что «везде найдешь». Иных, пожалуй, во всей России имеется всего-то несколько экземпляров, а за другие теперь надо платить так называемые «любительские»13 деньги.

Не берусь сейчас перечислить хотя бы часть таких вещей, – в свое время надеюсь познакомить астраханское общество подробнее с даром Ивана Акимовича14. Я скажу пока, что, сейчас лишь оторвавшись от инвентарных тетрадей, затрудняюсь привести несколько таких изданий, – их слишком много – затрудняешься выбором…

Ну, вот хотя бы старинные ботанические атласы… Покойный, надо думать, особенно любил молчаливое, но прекрасное Царство Растений15. Кроме того, в его душе несомненно жила искра художественного пафоса. И он собрал (боюсь ошибиться на память!) не менее пятнадцати ботанических иллюминованных16 атласов: французских, немецких, английских, русских. И каких!..

Время от времени кто-нибудь из работающих над поверкой библиотеки испускает удивленно-довольный голос:

– Ох-хо хо! Вот так чудовище!

Оказывается – стариннейший фолиант, пуда в полтора весом и размером в половину письменного стола, на который его кладут. Это большею частью громадные, прекрасно отпечатанные собрания итальянских и французских классических описаний памятников, картинных галерей, зданий.

Все в строжайшем порядке и сохранности, очевидно – выбранные из лучших экземпляров, часто заключенные в дорогие переплеты… С радостью приветствуем мы каждое такое открытие и с наслаждением заносим его в сокращенный инвентарь.

Многие книги, альбомы, папки не удалось осмотреть хотя бы мельком: некогда, надо торопиться. Думали: отделаемся в неделю, а вторая уже на исходе… И за эти дни, при всех соблазнах Москвы с ее театрами, концертами, лекциями, музеями и галереями не нашлось вечера, когда можно было бы уйти из квартиры Ивана Акимовича…

Сначала мы соображали, что уложим библиотеку в 40-45 сундуков. Покойный, предусматривавший все мелочи и старавшийся всячески облегчить труд приемки и отправки в Астрахань библиотеки, приготовил и маркировал 33 сундука, снабженных замками, обитых клеенкой и внутри оклеенных плотной бумагой.

Но увы! – едва мы переложили содержимое только двух (из 26 больших шкафов), как наполнилось девять сундуков, и нам стало очевидным, что 33 придется помножить самое меньшее на 3. Да надо еще упаковать шкафы, – из них 20 составных, ореховые, красивой и солидной работы – жалко их посылать на авось…

В итоге имеем получить около 150 мест, весом от 5 до 7 пудов каждое… Городской Управе следует заранее позаботиться и приготовить склад для временного хранения этого богатства – пока не появится возможность водворить его и привести в преднамеченный самим собирателем порядок в достойных этого богатства библиотечных залах…

Окружавшие Ивана Акимовича, основываясь на его словах (человек он был необщительный, говорил редко, часто – намеками, но всегда твердый в слове и решениях), с уверенностью ожидали, что он оставит завещание. Завещания нет. Прямым наследником покойного является его родной племянник, сын бывшего астраханского городского головы Аполлона Акимовича Репина – Иван Аполлонович17, штабс-ротмистр лейб-уланского Курляндского полка, стоящего близ прусской границы.

Иван Аполлонович оказался в высшей степени любезным, корректным и внимательным исполнителем желаний покойного. В отношении города нашего его внимательность выразилась не только в передаче всей библиотеки и предметов, прямого к ней отношения ни имевших (например, минералогическая коллекция, прибор для петрографических экскурсий, коллекции древних монет и т.п.), но и в отмене условий, коими его поверенный, г. Плотников18, обставил переход библиотеки в собственность города, т.е. уплаты вознаграждения поверенному и части других расходов (всего около 750 руб.). Юридически, раз Иван Акимович завещания не оставил, на имя города никакого официального акта не совершил, притязания города могли опираться лишь на данное когда-то владельцем библиотеки обещание – подарить городу библиотеку, – законный наследник являлся неограниченным собственником этого имущества, поступившего к нему в составе остального.

При таких обстоятельствах при сколько-нибудь формальном отношении наследника к делу, он не только имел полную возможность сузить библиотеку в объеме, но и совершенно не отдавать ее городу. Иван Аполлонович поступил иначе: он передал все, что связано так или иначе с библиотекой, при передаче ограничился самыми простыми формальностями, отменил, как сказал выше, платежи, выговоренные поверенными, и даже взял на себя расходы по оплате помещений до срока, оказавшегося достаточным, чтобы библиотека могла быть уложена и сдана к пересылке в Астрахань.

Сделано все это с благородной простотой и предупредительностью, редко в наше меркантильное время встречающимися. В дни своего пребывания в Москве, Иван Аполлонович (3 марта он выехал с окончанием срока отпуска к месту службы) – почти ежедневно навещал нас, заботливо справляясь: все ли найдено в порядке, нет ли следов каких-либо утрат и т. п. За эти часы нашего знакомства мне пришлось не раз порадоваться тому, что счастливый случай в лице наследника Ивана Акимовича послал нашему городу чуткого к нравственному долгу человека. Я лично уверен, что если б где-нибудь случайно отыскалось посмертное распоряжение Ивана Акимовича, хотя бы совершенно не формального характера, коим покойный свой дар городу умножал бы еще другими способами, то Иван Аполлонович с тою же сердечностью и простотою немедленно исполнил бы желание своего дяди…

К слову сказать – по внешности Иван Аполлонович очень напоминает отца. Вероятно, многие астраханцы помнят этого, к сожалению, недолго служившего городского голову19, помнят его добродушие, искренность и честную прямоту действий. такой натуре, конечно, немыслимо было ужиться с «голубивщиной»20 и ловкими ходами. Тогдашние управские всесильные воротилы поставили Аполлону Акимовичу шах и мат. Не дипломат и не казуист, он покинул головинское кресло, негодующий на тупое равнодушие тогдашнего общества к общественным делам и возмущенный затхлой атмосферой интриганства, наполнявшей управу.

Тем не мене он, уехав из Астрахани, не только не унес с собою дурных чувств к городу, но и проявил совершенно противоположные. По соглашению с Иваном Акимовичем, принявшим на себя половинную долю расходов, Аполлон Акимович основал богадельню для беднейших жителей нашего города. Братья купили место и дом (около церкви Воздвижения)21, перестроили последний, обставили всем необходимым для богаделенного приюта, дали каждый по 50000 р. на составление неприкосновенного капитала в обеспечение содержания «дома призрения имени Iоакима и Анны22 «Репиных» и передали богадельню и капитал в заведывание городского общества.

В отношении Ивана Акимовича замечательно то, что он, строго говоря, с Астраханью соприкасался только в ранней молодости. Скончавшись 66 лет, он с 26-го года своей жизни почти безвыездно прожил в Москве и в Астрахани за эти долгие годы ни разу не был23. Тем трогательнее заботы этого человека о городе, где он родился.

Если скажут, что Иван Акимович получал средства с астраханских домов24 и через это связан был с нашей некультурной и довольно-таки неблагодарной Астраханью, то на подобное замечание нетрудно возразить ссылкой на тех многих, которые миллионы нажили в Астрахани, да и теперь наживают, и ни гроша не вкладывают в общественное достояние города.

Примеры, когда эти собиратели миллионов отжиливают (простите за тривиальное выражение!) общественные рубли и копейки, встречаются гораздо чаще, чем отчисления частиц этих миллионов на благо родного города и его населения…

Объяснение общественно-полезным поступкам таких граждан, как Иван и Аполлон Акимовичи, как и других, одинаково с ними поступавших и ныне поступающих, надо искать в гуманных стремлениях и благородном честолюбии этих людей.

Они хотели оставить по себе добрые памятники среди жителей своего города, и действительно – оставили их. Тогда как иные, часто вдесятеро богаче их, умрут, разве оставив безвкусные мавзолеи на кладбищах, где будут ютиться летучие мыши да сычи…

Но я пустился в область житейское морали, – между тем часы показывают 2, а наутро нас ждет Иван Акимович со своими фолиантами, гравюрами – и этими рядами молчаливых и верных друзей и бескорыстных советников человека – книгами…

Читайте также:  Люстра для кухни (100 реальных фото примеров)

Так тихо в маленькой комнате, обставленной красивыми шкафами с шелковыми зелеными занавесками, и лампа Ивана Акимовича, тяжелая и приземистая, с большим зеленым абажуром так ровно и мягко светит на бумагу, что мысли сами собою поляризуются в направлении того, чем жил этот ставший для меня словно родным, мною никогда не виденный человек25.

Входишь в его ощущения, настраиваешься на его лад, поддаешься тем идеям, которыми он вдохновлялся. А идеи эти вращались около неувядающих ценностей человеческого творчества: искусства и науки… и в области размышлений о том, что долгоценно и краткоценно…

Долгоценно предоставленное в пользование астраханских жителей фундаментальное собрание источников понимания искусства и источников познания природы. Со скромностью, бывшею одной из основных черточек его характера, а вместе с сознанием прочности фундаментального в науке и искусстве, он писал, однажды городовым представителям:

«…Библиотека моя может и не удовлетворить ожиданиям многих … кто рассчитывал бы найти в ней последнее, так сказать, слово современной науки … В составе её (библиотеки) имеются главным образом те капитальные труды, которые легли в основу истинно научного знания»…26. Он предупреждает об этом, чтобы («не дай Бог») не наступило в будущих хозяевах библиотеки разочарования разрушенных надежд…

Но он напрасно тревожился… Когда сидишь около этих рядов, вмещающих «капитальные труды» по искусству и науке, то ощущаешь ясно и отчетливо, что разве какой-нибудь глубокий невежда, напитанный пинкертоновщиной, да самодовольный потребитель «последних брошюр» разочаруется в этом богатстве. Но разве для этих людей пишутся «капитальные труды»?..

В.И. Склабинский.

Москва. 10 марта 1909 г.

А.Х. Курмансеитова

Карачаево-Черкесский институт гуманитарных исследований


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

(1879-1955 гг.)

Известный ногайский просветитель Абдул-Хамид Джанибеков родился 18 марта 1879 года в Астрахани в слободе Тиек (Царево) в семье мясника (касапши) Шаршенбия.

Учитель – это призвание А.-Х.Ш. Джанибекова, которому он был верен всю свою жизнь. Его преподавательская деятельность началась с работы в школах астраханских ногайцев, он работал почти во всех регионах проживания ногайцев, но везде совмещал работу учителя и проводил научные исследования, собирал фольклорные памятники, открывал краеведческие кружки, ставил театрализованные постановки и устраивал концерты.

Известно, что в 1901-1917 годах в Астраханском уезде Абдул-Хамид учил ногайских детей (карагаш ногай) (1). 17 января 1914 года газета «Эдил» («Идль») сообщила: «…в селе Хожетаевском земствами открыто русско-татарское училище, учителем назначен Абдул-Хамид Чарчамбеев, который выехал из Астрахани на место службы» (2). На наш взгляд, данная информация несет в себе достаточно сведений о А.-Х. Джанибекове в исследуемом аспекте.

В 1917-1920 годах А.Х. Джанибеков работал учителем среди юртовских ногайцев. В это время в Тиеке по инициативе Абдул-Хамида был организован кружок молодых ногайцев (джиен), председателем (джиен агасы) был избран Наджиб Гасри Мавлюбердиев, заместителем (онг-бей) – А.Х. Джанибеков и секретарем – Абубекир Мадзини (3). Члены творческого объединения астраханских ногайцев собирали фольклор, они вели работу по изучению и распространению этнокультуры ногайцев. В работе кружка принимали участие ногайцы из Астраханского уезда.

В 1918 году А.-Х. Джанибеков написал пьесу «Карагаш тойы» («Ногайская свадьба»), которую, к сожалению, издать не удалось. Однако пьеса была поставлена в том же году в Астраханском городском зимнем театре.

Абдул-Хамид в воспоминаниях о работе данного кружка писал: «По разговорам в кружк[е] слышал я о караногайцах Северного Кавказа, что они очень богаты народной поэзией и у меня [появилось- А.К.] желание идти к ним» (4). В 1920 году по приглашению Отдела народного образования г. Грозного он устроился в школу учителем. В 1920-1928 годах, работая учителем на Северном Кавказе, А.Х. Джанибеков изучал научную литературу по истории и культуре ногайцев, он читал публикации П.М. Мелиоранского, С. Фарфоровского, Ч. Валиханова, М. Османова и других.

В 1921 г. Абдул-Хамид установил связь с Северо-Кавказским институтом краеведения во Владикавказе и был принят сотрудником в это научное учреждение, совмещая работу учителя в г. Грозном с научной деятельностью. Летом 1921 года А.-Х. Джанибеков по заданию Северо-Кавказского института краеведения для сбора этнографического материала поехал в научную командировку в село Канглы (ныне Минераловодский район Ставропольского края). В воспоминаниях об этой поездке он написал: «…собирал следующее: историю аула, быт и жизнь ногайцев с. Канглы, роды [историю родов и племен, участвовавших в этногенезе ногайцев – А.К.], тавры [тамги] (последние [с] памятников старого кладбища), песни о переселениях ногайцев в Стамбул (1860-1861 гг.), список [аулов], существовавших до переселения, и фольклор со слов Джанбулат Карт[а], Элизе Карт[а], Даулет-Герея Ильгайтарова» (5).

В 1923 году летом А.Х. Джанибеков совершил научную командировку в Ачикулак – центр джембойлукских, джетисанских, джетишкульских ногайцев и в Терекли-Мектеб – центр Караногая. Здесь он исследовал ногайские роды и племена, тавры (тамги – А.К.), быт и культуру ногайцев.

В 1924 году врачи посоветовали Абдул-Хамиду переехать в Карачай для лечения горным воздухом в курортно-климатической зоне. В 1924-1925 годах он работал учителем в карачаевском ауле Нижняя Теберда (Карачаево-Черкесия). В то же время А.-Х. Джанибеков собирал материал о языке, истории и быту карачаевцев (6).

В 1925 году А.-Х. Джанибеков по приглашению Минераловодского райисполкома переехал на работу учителем в а. Канглы. Здесь с целью изучения и сбора ногайского фольклора Абдул-Хамид организовал для ногайцев литературный кружок, который работал под руководством Северо-Кавказского института краеведения (7). В данном научном учреждении летом 1925 года А.-Х. Джанибеков выступил с докладом «Песня о борьбе богатыря Амета с Джанибек-ханом» (8). Текст был написан на русском языке, но по просьбе сотрудников института выступление было прослушано ещё и на ногайском языке.

В том же году А.Х. Джанибеков ездил в Москву и посетил Государственный институт музыкальной науки, на одном из заседаний по просьбе членов этнографической комиссии исполнил ногайские исторические песни «Чора батыр» и другие (9). Комиссия института приняла постановление о записи ногайских песен на фонограф в исполнении Абдул-Хамида.

В 1926 году Северо-Кавказский институт краеведения командировал в Баку на Первый Всесоюзный Тюркологический съезд А.-Х. Джанибекова (10). На съезде он познакомился с известными тюркологами А.Н. Самойловичем, Н.И. Ашмариным, Г.Ф. Чурсиным, Чобан-Заде и А.-К. Губайдуллиным.

А.Х. Джанибеков, возвращаясь из Баку, остановился в Махачкале и посетил Дагестанский краеведческий музей, где познакомился с директором Дагестанского НИИ Д.М. Павловым, который предложил Абдул-Хамиду принять участие в этнографической экспедиции в Караногай. «Я с удовольствием согласился на это предложение, – писал А.Х. Джанибеков, – и летом 1926 года поехал из с. Канглы в Караногай, где я в продолжении двух месяцев по программе Дагестанского НИИ обследовал этнографию караногайцев, собирал фольклор и материалы для составления ногайско-русского словаря» (11). Абдул-Хамид на ногайском языке написал исторические, этнографические, лингвистические заметки «Путешествие по ногайскому миру» о ногайцах Астраханской губернии, Кубанской области, Терского округа и Дагестанской республики.

В 1926 году заместитель Дагестанского Наркомпроса тов. Аюпов пригласил А.Х.Джанибекова на работу учителем в ставку Ачикулак. Это предложение Абдул-Хамид принял, так как большая часть ногайцев проживала именно в этом регионе.

О первых днях работы в Ачикулаке он писал: «Первым делом я организовал окружное методическое объединение ногайских учителей (родного языка – А.К.) и кружок краеведения…председателем избрали меня» (12). Позже кружок был преобразован в «Общество обследования и изучения Ачикулакского округа».

А.Х. Джанибеков при Ачикулакском отделе народного образования организовал «Научно-методическую комиссию» и создал авторский коллектив. Участники комиссии писали книги на ногайском языке и выпускали их в Центриздате в Москве и Даггосиздате в Махачкале (13).

В конце 1930 годов центр книгопечатания перемещается из Махачкалы в г. Пятигорск (Крайиздат), а затем в Чероблнациздат в г. Черкесск. В годы Великой Отечественной войны семья Абдул-Хамида Джанибекова переезжает к кубанским ногайцам, он работает учителем в школе. 15 марта 1944 года Бюро Черкесского обкома ВКП(б) постановило: «Представить к награждению значком «Отличник народного просвещения» Джанибекова Абдул-Хамида Шаршенбиевича, родился в 1879 г., по национальности ногаец, служащий, образование среднее, работает учителем НСШ а. Икон-Халк Икон-Халковского района» (14). Заслуженную награду ветеран труда получил в том же году.

Кроме учительской работы Абдул-Хамид был страстно увлечен устным народным творчеством ногайцев и поэтому он часто беседовал со стариками, слушал их рассказы и предания о борьбе ногайцев с калмыками в прошлом. Ногайский фольклор заинтересовал его и стал смыслом жизни. 23 мая 1905 году со слов ногайского певца (джырау) Салиха Абдул-Хамид записал «Песню о борьбе богатыря Казы-Тугана с калмыцким ханом Аюке». Позже он зафиксировал «Песни народного певца Аскара, последнего народного кобзаря (кобызши) Килекая, рассказы искусного рассказчика (шешен) Мамбедали…» (15). С этих записей начал сбор А.Х. Джанибеков ногайских фольклорных памятников.

В 1905-1930 годах А.Х. Джанибеков много путешествовал в регионах проживания ногайцев, он выезжал для сбора материала к кубанским и кумским (куьми ногай, а. Канглы) ногайцам, в Караногай, Ачикулак и везде записывал ногайские героические эпосы, любовную лирику, пословицы и поговорки, загадки, плачи, обрядовую поэзию и другие жанры фольклора.

В 1933 году А.Х.Джанибеков собранный материал систематизировал и назвал свою рукопись «Соьз казнасы» («Сокровищница слов»). Первый том называется «Песни», он состоит из нескольких разделов. В раздел «Исторические песни» он включил «Песню о Мамае», «Песню о борьбе Ахмеда Айсыл-улы с Джанибек-ханом», «Казацко-абрекские песни», «Песню о борьбе Эдигея с Тохтамыш ханом», «Песню о борьбе Шоры с крымскими беями», «Песню об Адиль-Султане», «Песню о богатыре Таргине» («Эль Таргын баьтирдинъ йыры»), «Песню о богатыре Копланлы» и другие. Об этом отделе рукописи «Соьз казнасы» А.-Х. Джанибеков написал: «Эти песни имеются в сочинениях В.В. Радлова («Образцы народной литературы тюркских народов», т. 7) и Магомеда Османова «Ногайские и кумыкские тексты» (СПб., 1883). Первый собрал песни у отуреченных крымских ногайцев, а последний у окумыченных Яхсайских ногайцев. Поэтому их материалы неполны и не совсем точны, сравнительно с моими материалами, собранными в Караногае, со слов народных певцов» (16). Здесь необходимо отметить, что ногайские исторические песни были распространены в многочисленных списках. Например, академик В.В. Радлов издал четыре варианта эпоса «Эдиге», а также два варианта «Ак-Кобек», «Кобланды батыр» и другие (17). Действительно, в личных коллекциях ногайцев сохранились многочисленные варианты исторических песен, тексты которых отличаются от записи А.Х. Джанибекова в рукописи «Соьз казнасы», так как каждый исполнитель (йырав) вносил изменения и дополнения.

Цикл песен о русско-кавказской войне отражен в разделе «Борьба за Кавказ», в него вошли следующие произведения: «Песня о Досмамбете Азовском», «Песня об Умбетале», «Песня о Муссеке», «Кубанская битва», «Песня об Арсланбеке», «Песня о Шамиле», «Песня о переселении в Турцию».

После вхождения ногайцев под юрисдикцию России на смену героическому эпосу пришли социально-политические песни, систематизированные в специальном разделе «В эпохе царизма»: «Арестантская песня» («Тутнак йыры»), «Солдатские песни», «Песенка о работе в Варшаве», «Песенка о борьбе с Шамхал-беем», «Песни о Первой мировой войне» («Герман согысы»). Записаны и советские песни «Песня о гражданской войне», «Песня Октября».

В раздел «Бытовые песни» вошли «Любовные песни», «Песня невесты о невольном браке» («Суьймегенине берилген кыздынъ йыры»). Здесь записаны и другие жанры устного народного творчества ногайцев: «Старинные частушки», «Новые частушки», «Религиозные песни», «Антирелигиозные песни», «Песня о трезвости», «Судоходные песни» («Кемешилик йыры»), «Батрацкие песни» («Ялшы йыры»), «Песня об охоте с соколом».

В разделе «Музыкально-кобызные песни» материал систематизирован по темам: «Мотивы классовой борьбы», «Мотивы домры. – Приятные голоса» («Хош аваз» – А.К.), «Характеристика народных певцов», «Юмористические песни». «Обрядовые песни» включают «Свадебные песни», «Песни о калыме», «Песня о проводе невесты».

Ногайские плачи расположены в разделе «Надгробные песни» («Бозлавлар»): «Песня о смерти богача», «Песня о смерти бедняка», «Песня о смерти хозяйки», «Песня о смерти джигита», «Песня о смерти девушки», «Песня о смерти ребенка», «Антирелигиозная надгробная песня», «Надгробная песня невесты».

В первом томе рукописи «Сокровищница слов» имеются также разделы «Современные песни» и «Революционные песни». К данному тому А.-Х. Джанибеков составил краткий словарь архаизмов.

Во второй том «Соьз казнасы» Абдул-Хамид включил «Сказки», «Мудрые слова» и «Загадки» (более 500), которые систематизированы по темам. Здесь А.Х. Джанибеков записал также и «Сложные загадки» («Муьшкиллер»), «Скороговорки», «Слова пожеланий и проклятий» («Алгыс эм каргыс»), «Слова суеверий» («Ырымлы соьзлер»), «Божбы» («Карганувлар»), «Слова секретных разговоров», «Хвалу о калмыцком чае», «О батрацком чае» («Шама шай»), «О приметах погоды и времен года», составил «Словарик». В третьем томе – пословицы (более 1000) и в четвертом – поговорки.

После Октябрьской революции часть фольклорного материала, собранного А.Х. Джанибековым была опубликована. В 1928 году в Москве Центриздате вышла в свет лирико-эпическая поэма «Карайдар ман Кызыл-Гуьл», подготовленная к изданию А.-Х.Ш. Джанибековым. Текст этой песни был записан Абдул-Хамидом в 1922 году в ауле Ураковском (Эркин-Юрт, КЧР) у народного певца Амита Даулова. Данное произведение не вошло в рукопись «Соьз казнасы». Текст песни «Карайдар и Кызыл-Гуьл» был переиздан в сборнике «Ногай халк йырлары» (18). Поэма была напечатана с большими купюрами, так как найденный нами рукописный вариант включает мистические и религиозные термины, которые отсутствуют в публикации А.-Х. Джанибекова.

Лирико-эпическая поэма «Карайдар и Кызыл-Гуьл» продолжительное время считалась памятником устного народного творчества ногайцев. А.-Х. Джанибеков в «Историческом очерке ногайской литературы» написал историю зарождения этого произведения и указал авторов.

В селе Канглы молодой певец Арслан Шабанов в середине XIX века был влюблен в дочь бека, но он принадлежал к низшему сословию – «черная кость» (кара суьек»), поэтому богач не захотел выдавать свою дочь замуж за бедняка. А. Шабанов после неудачного сватовства уезжает на заработки и в степи нанимается косить сено к утарам. В то же время известный ногайский певец Фахреддин Абушахманов не захотел нести 25-летнюю службу в русской армии и также бежал в степь (19). Они встретились на сенокосе и стали друзьями. Арслан рассказал другу о своей любви к богатой девушке и они написали песню об этой истории. Партию Карайдара писал А. Шабанов, а слова Кызыл-Гуьл были написаны Ф. Абушахмановым. Таким образом, в основу лирико-эпической поэмы «Карайдар ман Кызыл-Гуьл» была положена неразделенная любовь А. Шабанова. В советский период часть памятников фольклора из «Сокровищницы слов» была напечатана и вышла в свет отдельными книгами, однако при работе с этими изданиями необходимо помнить, что книги прошли советскую цензуру и напечатаны с большими купюрами.

Абдул-Хамид был активным пропагандистом этнокультуры ногайцев. Для него было важно привитие любви к фольклору и приобщение учащихся и студентов к истории и культуре ногайцев. Он написал пьесу «Кызыл-Гуьл» по мотивам крепостной жизни ногайцев, но это произведение не было издано. Премьера спектакля «Кызыл-Гуьл» состоялась в 1925 году «в Летнем клубе Ногайского района Астраханского уезда» (20).

А.-Х. Джанибеков работал учителем в ауле Канглы, в это время он написал по мотивам ногайских казацких песен инсценировку «Сатлык мурзалар» («Продажные князья», 1925 г.). В этой работе показано крепостное право у кубанских ногайцев, пьеса не издана, но в 1925 году она была поставлена на сцене сельского клуба а. Канглы (21).

В 1928 году при Ачикулакском клубе им. В.И. Ленина была создана Ногайская литературно-художественная секция, ответственным секретарем которой был избран А.-Х. Джанибеков. Члены секции планировали организацию и проведение литературных вечеров и детских утренников, организацию хоров, громкие читки, чтение научно-литературных докладов. На одном из заседаний секции в 1935 году была обсуждена рукопись А.-Х. Джанибекова «Исторический очерк ногайской литературы».

Его студенты вспоминают, как Абдул-Хамид Джанибеков привлекал их к участию в спектаклях и концертах, которые он организовывал и проводил совместно со студентами. Его дочь Софья Калмыкова в воспоминаниях о трудовой деятельности отца пишет: «Он организовывал краеведческий кружок, учителям и учащимся старших классов помогал собирать материал по истории родного аула. Литературный кружок, который он создавал в школе, способствовал приобщению детей к сбору фольклорных памятников на родном языке. Отец часто устраивал в школе концерты, в которых ногайские эпические произведения он исполнял сам. У меня был хороший голос и папа меня тоже заставлял петь, я стеснялась, но выступать все равно надо было и я пела» (22).

Абдул-Хамид Джанибеков любил собирать не только фольклорные памятники, его интересовала история, культура, литература, обычаи и традиции ногайцев. Он все записывал, потом собранный материал обрабатывал и писал научные работы, которые не утратили ценности и для современной российской науки. Им были написаны этнографические заметки «Караногайцы», данная работа была выполнена по заказу Дагестанского НИИ Наркомпроса. Рукопись «Путешествие по ногайскому миру» – это исторические, этнографические и лингвистические заметки на ногайском языке о ногайцах Астраханской губернии, Кубанской области, Терского округа и Дагестанской республики.

Абдул-Хамид Джанибеков был прекрасным семьянином, он воспитал трех сыновей и трех дочерей. Несмотря на то, что внешний вид А.-Х. Джанибекова был весьма суровый, в семье он был мягкий и душевный человек. Абдул-Хамид Джанибеков вел трезвый образ жизни, он не курил и сыновьям также запрещал курить. С детьми был ласков, гладил их по голове и никогда не бил, он любил семью.

В дни рождения детей А.-Х. Джанибеков устраивал семейные праздники, в которых участвовали все члены семьи. Обычно ставили инсценировку лирико-эпической поэмы «Кызыл-Гуьл и Карайдар», супруга А.Х. Джанибекова Аминат исполняла роль Кызыл-Гуьл, он сам пел партию Карайдара, дети выступали в роли других персонажей. С.А. Калмыкова-Джанибекова вспоминает эти семейные вечера: «У мамы был очень красивый голос и они вдвоем вместе пели, отец исполнял партию Карайдара и мама выступала в роли Кызыл-Гуьл»» (23). Поэма «Кызыл-Гуьл и Карайдар» была любимым произведением Абдул-Хамида, не случайно старшей дочери он дал имя «Кызыл-Гуьл» (Красная Роза), именно так звали Розу Хамидовну Джанибекову.

Рукопись «Соьз казнасы», исследования «Путешествие по ногайскому миру», этнографические заметки «Караногайцы», автобиография «Мое жизнеописание» Абдул-Хамида Джанибекова должны быть изданы. Научно-педагогической деятельности А.-Х. Джанибекова необходимо посвятить специальное монографическое исследование.

Библиографический список

1. Карачаево-Черкесский институт гуманитарных исследований. Научная библиотека. Рукописный фонд (КЧИГИ. НБ РФ). Ф. 4. Оп. 21. Д. 8. Л. 1

2. Государственный архив Астраханской области (ГААО). Ф. 1. Оп. 1а. Д. 2755, вязка 138, 1913 г., Л. 44

3. КЧИГИ. НБ РФ. Ф. 4. Оп. 21. Д. 8. Л. 2

4. Там же.

5. Там же, Л. 3.

6. Там же, Л. 4.

7. Там же, Л. 5.

8. Там же, Л. 6.

9.Там же.

10.Там же, Л. 5.

11.Там же.

12.Там же, Л. 6.

13. Об издательской деятельности А.-Х. Джанибекова и его соратников см.: Курмансеитова А.Х. Вклад астраханских ногайцев в книжное дело на ногайском языке //Астраханские краеведческие чтения. Астрахань, 2009. Вып. 1. С. 220-229.

14. РГУ «Центр документаций общественных движений и партий КЧР». Ф. 1. Оп. 2. Д. 340. Л. 163.

15.Там же, Л. 1.

16.Там же, Л. 8.

17. Радлов В.В. Образцы народной литературы тюркских племен. – СПб., Т. 4. 1872. , Т. 7. 1896

18. Ногайские народные песни /КЧНИИ экономики, истории, яз. и лит.; [Сост. С.А.Калмыкова; предислов. А.Сикалиева:]. – М.: Наука, 1969. – 216 с.

19. Джанибеков А. Исторический очерк ногайской литературы. Рукопись. 50 л. (Из семейного архива дочери Джанибекова (С.Х. Калмыковой), л. 35-36

20. Там же, Л. 7.

21. Там же, Л. 6-7.

22. Калмыкова-Джанибекова С.А. Яшав йолымды белгиледи //Ногай давысы /КЧР. 1999. 20 март

23. Там же.

Н.Н.Яронова

ОГУК «Астраханский государственный объединенный

историко-архитектурный музей-заповедник»


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

(о праздниках горожан дореволюционной Астрахани)

Ежегодно музей истории города проводит ряд мероприятий, посвященных красным датам, памятным событиям и праздникам.

Интерес к истории отдельных праздников особенно велик, так как традиционно они и в наше время отмечаются ежегодно и связаны с жизнью каждого человека.

Так, одним из любимых и ожидаемых является праздник встречи Нового года и Рождества. В фондах музея-заповедника сохранились предметы, помогающие раскрыть историю проведения этих праздников. Это специальные номера местных газет, открытые письма и поздравления, прейскуранты елочных украшений и рождественских товаров. Их мы используем при проведении мероприятия «Рождество и Новый год в старой Астрахани». Об истории украшения елок отдельный разговор на этом мероприятии, так как это особенно интересно детям, к тому же сохранились, хоть и не многочисленные, елочные украшения разных времен с начала ХХ века.

О том, какие раньше устраивались рождественские елки, утра, вечера и карнавалы раскрывают фотографии с изображением детей в соответствующих костюмах, программы гимназических вечеров, сохранившиеся карнавальные маски и детали костюмов.

Новый год и Рождество – это и праздничный стол и подарки. В музее к мероприятию создается соответствующий интерьер со старинным столом, накрытым рождественской белоснежной скатертью с красивым сервизом. Над столом помещаются настенные часы со стрелками, показывающими без четверти 12 часов. Рядом – полифон с металлической пластинкой, который сотрудник музея заводит во время мероприятия. Здесь же рассказываем о происхождении песни «В лесу родилась елочка», впервые опубликованной в журнале «Малютка» в 1903 году.

О том, какие подарки получали дети в эти дни в старину, мы знаем из фотоматериала, открыток, иллюстраций старинных журналов, а также из воспоминаний. Например, 80-летняя астраханка Надежда Мотина оставила свои воспоминания о подарках, которые она получала на елке, будучи ученицей в 1912 году. Образцы этих подарков для детей и взрослых сотрудник музея также представляет на мероприятии – это кукла начала XIX века, разнообразные коробки от конфет и других кондитерских изделий и деликатесов (например, «Сельдь королевская», «Икра лучшая»), изящные детские муфточка и тальма, туфельки и т.д.

Прекрасным иллюстративным материалом является дневник гимназистки 1912 года на страницах которого в незаполненных уроками днях зимних вакаций она изобразила большую нарядную елку и отметила дни Рождества, Нового года, Крещения. И здесь самое время объяснить участникам мероприятия почему праздник Рождества в настоящее время следует после встречи Нового года.

Праздников праздник, торжество из торжеств – Пасха Христова. Ежегодно по многочисленным заявкам в основном от учебных и воспитательных заведений города в музее проводится мероприятие, посвященное и этому празднику. Для его проведения есть интересные экспонаты. Прежде всего это коллекция пасхальных яиц из различных материалов, включая деревянное расписное яйцо с сюрпризом из миниатюрных письменных принадлежностей – прародитель знакомого нашим детям киндер-сюрприза.

Интересны и старинная деревянная форма для изготовления творожной пасхи с резьбой на ее стенках виде растительного орнамента, креста и букв «ХВ»; скатерть и салфетки с праздничной красной вышивкой; многочисленные открытые письма с пожеланиями в светлый праздник Воскресения Христова. В этом году на пасхальные мероприятия особенно много было заявок от дошкольных образовательных учреждений и групп продленного дня для средних школ. И чтобы они проходили интересно, сотрудник музея, после объяснения детям истории празднования православной Пасхи, проводил викторину «Отгадай загадку» на эту тему, привлекал детей к участию в традиционных пасхальных играх. Музыкальным оформлением мероприятия служил тропарь праздника, песнопения.

Кроме общественно-государственных (церковных и гражданских) праздников, куда входили, например, дни победы русского народа над врагами Отечества и «дни Царские», в дореволюционной Астрахани были конечно и праздники семейные: дни рождения, наречения имени на седьмой день рождения ребенка, крещения, бракосочетания, именин, новоселья, различные юбилеи.

При освещении этой темы, сотрудники музея вновь опираются на имеющиеся подлинные предметы и большой собранный материал из воспоминаний коренных астраханцев, подтвержденный их же фотоматериалом и документами.

Например, кроме сохранившихся семейных преданий, потомки из рода Смольяниновых, передали музею фотографии четы молодоженов Смольяниновых, а также расписки их родителей и самой невесты с согласием на этот брак 1884 года.

Интересным примером для подражания могут служить тексты и стиль приглашений, а также их оформление.

В 1900 г. чета Мелькумовых оформила приглашение на свое 25-летие совместной жизни, поместив на нем свои фото в момент бракосочетания и 25 лет спустя, к моменту юбилея.

«Милостивая государыня Анна Евсеевна! Имею честь просить Вас пожаловать ко мне на чашку чая, так как сегодня у меня День Ангела – мученицы Клавдии… С почтением остаюсь в ожидании Вас любящая сестра Клавдия Ивановна Гаврилова». Это маленькая записочка астраханки из мещан конца XIX века.

Много подобных свидетельств культурного наследия прошлого хранится в фондах Астраханского музея-заповедника. Наша задача – представить их в наших новых экспозициях, выставках, дать им «прозвучать» на наших музейных мероприятиях.

С.А. Бекмурзаева

Астраханский колледж вычислительной техники


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

В НИЖНЕМ ПОВОЛЖЬЕ

В начале нового тысячелетия заметно усилился интерес к проблемам духовного состояния общества. Историко-культурная тематика становится одним из определяющих факторов идеологической сферы, приобретая особое значение в период мировоззренческого вакуума, который образовался в стране в 1990-е годы. В этой связи значительное место в исследованиях стали занимать вопросы об основных тенденциях культурной политики государства, о роли культуры в развитии всего общественного уклада – аспекты малоизученные и рассматривавшиеся ранее под мощным воздействием идеологического пресса.

Поэтому особую значимость приобретает анализ специфики развития культуры в «переломные» эпохи. Одним из таких периодов является первое десятилетие советской власти с 1917 по 1927 год. Именно в эти годы в контексте революционных перемен в стране происходило становление социалистической культуры. По мнению В.И. Ленина, целью её стало достижение высокого результата в сфере искусства в интересах широких народных масс путём чёткого руководства со стороны государства, основанное на принципах коммунистической партийности (23, С.336).

Таким образом, все виды искусства, в том числе и театральное, с приходом к власти большевиков в стране стали рассматриваться в качестве важнейшего средства идеологического воспитания.

Сценическое искусство во многом способствует саморазвитию всех поколений. На концерте, в театре включаются механизмы подражания, заражения, которые усиливают объединение театральной публики с переживаниями сценических героев. Публика испытывает катарсис, «переживая» жизнь, показанную с театральной сцены (20, С. 265).

После установления советской власти театр становится частью культурной политики государства. Астраханская газета «Коммунист» в 1918 году писала: «Театр при надлежащем репертуаре может иметь громадное воспитательное значение для народа. То, что кажется сухим и утомительным в чтении для человека, занятого тяжёлым физическим трудом, не умеющего схватывать на лету нити мыслей – олицетворённое в театре заинтересует, будет прослушано с неослабным вниманием, разбудит мысль и даст более плодотворные результаты» (21).

20-27 марта 1919 г. в Москве состоялся I Всероссийский съезд Рабоче-крестьянского театра. На съезд съехались представители городских и деревенских театральных организаций. В обращении к делегатам съезда говорилось: «Театр – народная радость и народное дело. Перед рабочими и крестьянами история поставила огромную задачу пересоздания жизни на новых началах. Театр является могучим средством в деле осознания этой задачи, могучим оружием организации духовных сил в деле её осуществления» (11. Л.27). Собравшиеся определяли «пути всеобщего действия в целях создания и усовершенствования рабоче-крестьянского театра в государственном масштабе» (16, Л.27).

По инициативе А.В. Луначарского был учреждён Поволжский отдел искусств, который действовал на территории от Нижнего Новгорода до Астрахани. В Саратове должна была собраться первая конференция представителей культуры данного региона для определения дальнейшего плана работ (10, Л.15). Ставился вопрос об организации курсов. Художественный совет при подотделе театра и искусств Астраханской губернии принял решение в конце 1918 – начале 1919 гг. организовать трёхмесячные курсы для подготовки инструкторов клубам и народным домам (9, Л.13).

В циркулярах Главного политико-просветительного комитета (Главполитпросвета), подчёркивалось, что «главный центр следует перенести на театр, организованный самими массами, ибо только через театральную самодеятельность трудящиеся смогут приобщиться к искусству и положить начало новому социалистическому строительству» (8, Л.27).

Уже в первые годы советской власти стали создаваться самодеятельные театры, организованные при клубах, народных домах и библиотеках-читальнях. Они способствовали привлечению к культурно-просветительской и театральной деятельности широких масс города и деревни. Например, в селе Ильинка Астраханской губернии в 1919 году образовался театральный кружок, в который входили: учащиеся, учителя, рыбаки, флотские матросы, садовник, сапожник, мастеровой и др. (12, Л.4).

Но данная народная самодеятельность находилась под контролем государства. Так, Народный комиссариат просвещения (Наркомпрос) рассылал по театральным отделам опросные листы, в которых просил указывать: название пьес; темы лекций, прочитанных перед началом спектакля; вопросы для обсуждения; фамилии авторов театральных постановок (7, Л.24).

В статье «Воспитание нового человека» А.В. Луначарский ещё раз подчеркнул громадное значение искусства в формировании коммунистического мировоззрения, отмечая, что «мы должны желать развитие нашего собственного искусства, в котором будут выражены наши идеи, наши принципы, наши воззрения и которое будет иметь колоссальное воспитательное значение» (24. С.36).

Поэтому руководители Наркомпроса в первую очередь большую роль отводили приобщению учащихся школ к театральному движению. Понимали важность данной задачи и губернские руководители образования. Так, комиссар по народному образованию Астраханской губернии К. Бакрадзе сообщал, что комиссариатом организованы для учащихся спектакли из классического репертуара. Предлагалось преподавателям устраивать чтение рефератов, освещающих театральные пьесы, чтобы дать ребятам сознательно и полно воспринять увиденное. Обещано было за чтение рефератов платить в сумме от 10 до 25 рублей (5, Л.225).

При Театральном отделе Наркомпроса были учреждены постоянное Бюро и периодически созываемый Совет детского театра и детских празднеств, в состав которых вошли педагоги, режиссёры и деятели искусств. Появилось множество учебно-методических пособий и публицистических статей на темы театральной педагогики в школе. Луначарский лично курировал издание журнала «Игра». С 1918 по 1926 год материалы по этой теме печатались в сборниках «Педагогической мысли» и отдельных изданиях: «Театр в школе», «Школьные спектакли и инсценировки» и др. Активными авторами этих изданий стали такие видные деятели культуры, как В. Мейерхольд,

А. Блок, С. Маршак, А. Брянцев и др. (25, С.4).

Содержание публичных театральных выступлений школы было чрезвычайно разнообразным. Затрагивались вопросы школьной жизни и работы («Я учусь», инсценировка программ Гуса, агитпьесы за новую школу и т.д.). Ставились спектакли на бытовые темы: против неграмотности, пьянства, антисанитарии, о новом ведении сельского хозяйства, о «Дне леса», о «Дне урожая» (27, С. 70). Например, при проведении кампании по оспопрививанию в Калмыцко-Базаринском улусе (1925 г.) студенты различных курсов медицинского института г. Астрахани проводили широкую агитацию среди населения о необходимости соблюдать санитарно-гигиенические нормы и делать прививки от оспы. Ребята совместно с врачами поставили инсценировку «Суд над матерью», где мать отказывается от прививки оспы своему ребёнку, следствием чего была его болезнь и слепота. Поначалу постановка не дала ожидаемых результатов, так как большую часть населения улуса не удалось «затянуть» в клуб. Но затем слух о спектакле разнёсся по Калмыцкой степи через пионеров и комсомольцев, что оказало некоторое влияние на дальнейший ход работы студентов (4, Л.19).

Постановочный материал для своих спектаклей школы обычно брали из готовых напечатанных пьес. Однако недостаточность таких пьес и неприспособленность их к современности вынуждали прибегать к импровизации.

При устройстве постановок советская школа отражала современное, т.е. «революционное содержание». «Революционность содержания» – это не только пьесы политического характера, но и такие, где речь шла о переустройстве, революционизировании экономики и техники, быта и школы, искусства и идеологии, о пользе кооперации, о смычке города и деревни (1, С.109). Например, на сценах города Астрахани в изучаемый период шли пьесы, посвящённые событиям гражданской войны, такие, как «Город в кольце». Пьеса «Белый ангел» затрагивала события времён революционного движения 1905 годов.

Под влиянием этих постановок учащиеся школ под руководством учителей ставили свои спектакли. Например, в школе 1-й ступени № 5 им. В.И. Ленина г. Астрахани были поставлены пьеса «Ленинизм» и детская опера «Бунт кукол» (13, Л.13). А воспитанники детского дома № 1 г. Астрахани поставили к Октябрьским торжествам детскую оперу «Кто не работает, тот не ест» и балет «Танцы всех национальностей» (18, Л.23).

В Саратовских школах при проведении антирелигиозной кампании были поставлены пьеса на басни Д. Бедного «Христос Воскрес» (19, С.181). В Астрахани по заданию Губполитпросвета прошёл спектакль «Жрец Тарквиний» (6, Л.22).

Но не всё так быстро менялось в жизни людей под воздействием революционных преобразований. Так, в книге астраханского писателя Ю. Селенского «Не расти у дороги», которая повествует о событиях в Астрахани в 1920-е годы, герой Степан Петрович, рассматривая афиши, размышляет: «Как всё смешалось. В клубе «Нацмен» премьера агитпьесы Долева и Благова «Отче наш, капитал!». А в бывшем театре Плотникова ещё доживает «Отелло» (26, С. 18).

Активная театральная деятельность, охватившая взрослое и детское население страны, не могла не радовать руководителей государства. Однако на заседаниях бюро губернских комитетов ВКП(б) подчёркивалась необходимость «усилить идеологическое наблюдение за репертуаром» (14, Л.10-б).

С этой целью было образовано Губернское управление по делам литературы, издательств и по контролю за репертуаром (Гублит). Введение Гублита входило предварительный и последующий просмотр всех театральных постановок. Данный просмотр имел своей целью не только вести учёт спектаклей по количеству и качеству, по которым можно судить о степени роста и развития культуры страны, но и необходимость давать им то направление, которое требует рабочий класс, его задачи, его культура, борясь с извращением его идей и с разглашением его тайн (2, С.335).

К примеру, на заседании президиума Губернского комитета (Губкома) РКП (б) Астраханской губернии 22 апреля 1921 г. рассматривалось заявление А. Золотарёва с просьбой указать, почему была снята со сцены пьеса «Валя Сокольская», сценарий которой был утверждён в Петрограде. В принятом решении звучало: «Пьесу пропустить, но предложить А. Золотарёву сделать в ней революционные поправки» (15, Л.34).

Приказом Губернских отделов народного образования (Губоно) необходимо было при выборе репертуара пьес для ученических спектаклей приглашать представителя от школьного подотдела и с его участием решать вопрос о постановке пьесы для детей школьного и дошкольного возраста. Предлагалось выставлять лектора для разъяснения, какие произведения можно ставить, а какие нельзя (3, Л.175). Например, в школе 1-й ступени при нефтескладе № 5 Саратовского уезда к постановке готовились следующие пьесы: «Среди цветов», «Красный цветочек» К. Лукашевича, «Недоросль» Фонвизина. Школьный совет просил разрешения о постановке названных пьес, находя их, со своей стороны, вполне подходящими для детского спектакля (17, Л.2-3).

Итак, в первые годы советской власти государство рассматривало театры не только как зрелищное мероприятие, призванное развлекать. На передний план выходили идейно-воспитательные, познавательно-просветительские, агитационно-пропагандистские функции театрального искусства, которые признавали ведущие государственные деятели страны. Театр становится инструментом реализации социальных целей, внедрения в сознание населения господствующих партийно-государственных ценностей.

Саратовский журнал «Коммунистический путь» в 1927 году писал: «Театр, поднимая, политический и культурный уровень народных масс, ставит и решает актуальные вопросы современности. С одной стороны, организует здоровый отдых, с другой стороны, используя свои специфические средства, должен вовлекать в строительство социалистического общества. Кроме этого, перевоспитывать интеллигенцию и мелкую буржуазию в соответствии с задачами стоящими перед пролетариатом» (22).

Но определяющее значение при создании театральных постановок имела сама жизнь, наполненная революционным содержанием, величайшими переменами во всём, начиная с политического строя и кончая укладом повседневного быта.

Библиографический список

1. Бернштейн М.С. Что школа делает для населения. – М.: Работник просвещения, 1927.

2. Весь Саратов (альманах-справочник) / под ред. Д.М. Борисова. Саратов, 1925.

3. Государственный архив Астраханской области (ГААО). Ф. 1. Оп. 1. Д. 181. Л. 175.

4. ГААО. Ф. 1071. Оп. 1. Д. 1397. Л. 19.

5. ГААО. Ф. 1362. Оп. 1. Д. 16. Л. 225.

6. ГААО. Ф. 1362. Оп. 1. Д. 1988. Л. 22.

7. ГААО. Ф. 1362. Оп. 1. Д. 211. Л. 24.

8. ГААО. Ф. 1362. Оп. 1. Д. 211. Л. 27.

9. ГААО. Ф. 1362. Оп. 1. Д. 375. Л. 13.

10. ГААО. Ф. 1362. Оп. 1. Д. 375. Л. 15.

11. ГААО. Ф. 1362. Оп. 1. Д. 375. Л. 27.

12. ГААО. Ф. 1362. Оп. 1. Д. 525. Л. 4.

13. ГААО. Ф. 1651. Оп. 1. Д. 5. Л. 13.

14. Государственный архив современной документации Астраханской области (ГАСДАО). Ф. 1. Оп.1. Д.112. Л.10-б.

15. ГАСДАО. Ф. 1. Оп.1. Д.41. Л.34.

16. ГААО. Ф. 1362. Оп. 1. Д. 375. Л. 27.

17. Государственный архив Саратовской области (ГАСО). Ф.Р. 756. Оп. 1. Д. 123. Л. 2-3.

18. ГАСДАО. Ф. 296. Оп.2. Д.132. Л.23.

19. Из опыта работы по программе Гуса 5-й школы 2-й ступени г. Саратова. /под ред. П.М. Евсеенко. Саратов, 1930.

20. Катарсис (термин Аристотеля) – это духовно-эмоциональное очищение в процессе восприятия античной трагедии, а в настоящее время – любого произведения искусства /Универсальный энциклопедический словарь. М., 2006.

21. Коммунист.1918. № 33.

22. Коммунистический путь. 1927. №18.27 сентября.

23. Ленин В.И. О пролетарской культуре. Т. 41. С. 336-337.

24. Луначарский А.В. Воспитание нового человека. Ленинград.

25. Никитин А. Театр в школе – зачем и как? История и перспективы. // Классное руководство и воспитание школьников. 2008 – №18. С.4-8.

26. Селенский Ю. Не расти у дороги. Волгоград, 1983. 304 с.

27. Татаринова Н. Постановка спектакля в клубе как импульс для выявления творчества, активности и чувства общественности у детей. // На путях к новой школе. 1922 №1. С.70-76.

Беломоина О. А.

ОГУК «Астраханский государственный объединенный

историко-архитектурный музей-заповедник»


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

Людям, что за пятьдесят и более хорошо памятна эта дата. С ней в 1970 году было связано многое – издавались книги и буклеты, значки и медали, в трудовых коллективах проводились политинформации и выпускались стенгазеты, в школах – пионерские сборы и комсомольские собрания. 100 лет со дня рождения обожествленного в стране человека – В.И.Ленина, основателя советского государства.

В Астрахани помимо всего прочего готовились особо. И особое это дело было всесоюзного значения. Под руководством главного архитектора А.В.Воробьева по проекту ВП НРК Минкультуры СССР в 1968-1970 годах в Астрахани была произведена реставрация дома семьи Ульяновых. А 16 апреля 1970 года в нем был торжественного открыт дом-музей Ульяновых. Документально было подтверждено, что семье Ульяновых этот дом принадлежал в 1820-1881 годы, в 1831 году в нем родился отец Ленина – Илья Николаевич Ульянов.

Художники Ленинградского комбината живописно-оформительского искусства оформили экспозицию музея. Она содержала копии архивных документов, касающиеся деда Ленина и других членов семьи, предметы, обнаруженные при реставрации дома, предметы, связанные с трудовой и бытовой деятельностью Ульяновых, а также некоторые материалы, характеризующие Астраханский край и город в связи с жизнедеятельностью крестьянско-мещанской семьи Ульяновых.

Сохранились не только фотографии первой экспозиции музея, но и фото с моментами реставрационных работ, в том числе, изображающих плотницкие работы во дворе дома на фоне плаката «До окончания реставрационных работ дома семьи Ульяновых осталось 20 дней». Люди старались, чувствовали ответственность момента. И не только перед своим прорабом, Обкомом партии, но и перед всей страной.

В 1970-е годы музей был востребован. Сюда вели всех «высоких» гостей города, здесь принимали в пионеры, комсомольцы, вручали паспорта и т.д. В соседнем доме, соединенном с домом Ульяновых, появился кинозал и выставочный зал с экспозицией «Торжество ленинских идей».

Но сотрудники музея – историки, искренне проводя идеологическую работу в своем музее, понимали важность насыщения экспозиции краеведческим материалом. И они его собирали, работая в архивах и проводя «дворовые обходы», находя старинные предметы и принимая их от коренных астраханцев-дарителей. Экспозиция перестраивалась, обогащалась, в том числе экспонатами, связанными с гимназическими годами и педагогической деятельностью Ильи Ульянова.

Двадцать лет музей Ульяновых был важным историческим и экскурсионным объектом Астрахани, замечательной достопримечательностью города. С 1990 года ощущается резкий отток посетителей. В 1991-1992 годах отмечались частые случаи вандализма. Сохранился журнал с описанием почти ежедневных «происшествий» тех лет, с докладными и объяснительными сторожей, подброшенными в музей угрожающими записками. Разбитые стекла окон, украденные вывески и мемориальные доски, разбросанные по двору спички…

Спасительной для музея стала тема «История народного образования в Астрахани». С помощью материальной поддержки директора судоремзавода им.Ленина А.П.Гагарина был отремонтирован выставочный зал и открыты выставки: «Первые школы Астрахани», «Выдающиеся выпускники I Астраханской гимназии». Из фондов музея-заповедника была излечена и представлена в музее Ульяновых прекрасная коллекция письменных принадлежностей XVIII – нач. ХХ вв., в архиве обнаружены документы с интереснейшими сведениями о первых школах города. Школьники и студенты пединститута вновь заполняли пустующие залы музея. С интересом знакомились они и с новой выставкой «Из истории Косы», раскрывающей особенность этого исторического района города.

Ульяновы же «подсказали» вскоре и другое направление исследовательской работы. Они были представителями практически всех существующих в дореволюционной Астрахани сословий. И эта тема не была глубоко отражена в астраханских музейных экспозициях. Мещане – мастеровые ремесленники, купечество (промышленники и меценаты), дворяне-служащие. И наконец, почетные граждане города Астрахани XIXвека! Впервые в музее Ульяновых в конце 1990-х годов были представлены материалы об этом. Сформировалась новая экспозиция «Город и горожане. XIX век». И помогли в ее создании материально те, кто сам интересовался историей нашего края и оказался не равнодушным к идеям музейщиков: А.П.Гагарин, С.И.Аптекарь, А.С.Каменев, П.Е.Фабриков, О.В.Сарычев, А.А.Пашаев, отдельные работники администрации города (Е.Б.Элеменкина).

Параллельно сотрудники музея вели сбор материала и по истории современной Астрахани, это касалось и жизнедеятельности почетных граждан – представителей самых разных сфер деятельности, которые удостаивались этого звания с 1993 года. Собранный материал дал возможность создать выставку «Почетные граждане г.Астрахани XIX-XX веков». А в ноябре 2001 года представленный в музее Ульяновых богатый материал по истории Астрахани дал наконец-то основание для переименования его в «Музей истории города».

И для подтверждения своего нового названия, музей создавал выставки: «Огни родного города» (об истории освещения домов и улиц в Астрахани), «По платью видно – кто таков» (об одежде горожан), «Золотая стружка» (о ремесленных цехах в Астрахани), «Сохранено для потомков» (о предметах старины, переданных в дар музею от астраханских старожилов), «Праздники и торжества в старой Астрахани»… На них же проводились самые разные мероприятия для разных категорий посетителей.

К сожалению, в связи с ремонтно-реставрационными работами в здании краеведческого музея, с июня 2008 года музей истории города временно закрыт для одиночных посетителей. Но организованные группы мы принимаем, так как продолжает работать выставка «Учились в губернской Астрахани» и создана в 2009 году новая выставка «Суда на Волге», с представленными на ней тридцатью моделями судов разных типов, ходивших по Волге в XVIII-XX веках.

Надеемся, что к летнему сезону и вся экспозиция музея вновь будет открыта для посетителей. В планах же – ее обновление и создание выставки «История Астрахани в планах, картах, чертежах». Это по силам нашим научным сотрудникам. А вот для осуществления плана создания на базе музея городской мещанской усадьбы середины XIX века необходима помощь. И прежде всего в реставрации фасада зданий музея. В «Целевой программе по реставрации фасадов зданий-памятников архитектуры города Астрахани на 2008-2022 годы» реставрация зданий музея планировалась в 2022 году, но «в связи с тяжелым финансовым положением в условиях финансового кризиса исполнение Программы приостановлено».

Мы понимаем особенность нашего времени. И все же… Астрахань XIX – начала XX веков, сохранившаяся в историческом районе города под названием «Коса», представляет уникальный образец русского провинциального города с характерной для того периода застройкой. Музей истории города окружает эта историческая застройка. И сам музей находится в здании-памятнике начала XIХ века. Когда-то это была целая городская усадьба жителя среднего достатка (мещанина) – «двухэтажный дом со службами». Во дворе находился флигель и хозяйственные постройки: баня, каретный сарай, амбар, сенник, ледник. Украшал двор садик в котором был стол и скамеечки. Сначала домом владел лафетный подмастерья Липаев, с 1820 по 1881 гг. – портновский мастер Ульянов и его семья, затем купец Фокин, купец Смирнов. Для воспроизводства усадьбы музей подготовил дизайн-проект по ее реконструкции.

Видя в последнее время некоторые хорошие результаты реставрационных работ по фасадам отдельных старинных зданий города, хочется надеяться, что внутреннему содержанию музея истории города, будет в самое ближайшее время соответствовать так же и внешний его облик. И в эту усадьбу-музей потянутся не только школьные группы, но и взрослые горожане, и гости Астрахани, пожелавшие соприкоснуться с культурным наследием наших прадедов, поучаствовать в сюжетно-ролевом спектакле, побывав в гостях у мастера–портнова, захотевшие отметить свои именины или просто почаевничать на старинной веранде, послушав городской романс, встретиться с почетным гражданином города, услышать об истории происхождения названия своей улицы или о судьбе поэта-астронома Ивана Симонова, астраханца, открывшего Антарктиду. А юные посетители смогут поучаствовать в старинных играх и забавах во дворе музея-усадьбы или попробовать писать гусиным пером и чернилами, как их сверстники астраханской цифирной школы XVIII века.

В общем, у сотрудников музея истории города задумок много и все они – для вас, уважаемые астраханцы.

А.А. Мамаев

Дом-музей Велимира Хлебникова

«СЕМЬЯ ХЛЕБНИКОВЫХ»

(КОМПЛЕКТ МЕДАЛЕЙ)

Один из многочисленных экспонатов Дома-музея Велимира Хлебникова в Астрахани – комплект из пяти медалей «Семья Хлебниковых», выполненный к 100‑летию со дня рождения поэта Велимира Хлебникова (1985) астраханским художником Б.М. Медведевым1.

Остановимся на последней работе художника. В комплекте из пяти медалей запечатлён не только образ великого поэта Велимира Хлебникова, нашего земляка, но и его родственников: В.А. Хлебникова (отца); В.В. Хлебниковой (сестры); П.В. Митурича (друга поэта, мужа В.В. Хлебниковой); М.П. Митурича-Хлебникова (племянника).

Приведём опись этих медалей и краткие сведения о тех, кто на них запечатлён.

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

Велимир Хлебников. На лицевой стороне медали – портрет поэта и надпись: «Велемир Хлебников». На оборотной стороне: сверху – даты жизни: 1885–1922, ниже – поэтические строчки:

Черти не мелом, своей кровью,

Того, что будет чертежи,

И рок, слетевший к изголовью,

Наклонит умный колос ржи.

В. Хлебников.

Хлебников Велимир (Виктор Владимирович) (28.Х(9.XI.)1885, Зимняя ставка Малодербетовского улуса б. Астраханской губ. – 28.VI.1922, дер. Санталово бывш. Новгородской губ.) – великий русский поэт, ученый, мыслитель. Вырос в семье известного натуралиста В.А. Хлебникова, одного из создателей Астраханского государственного заповедника. Астрахань – «город предков» поэта – купцов, судовладельцев, думных гласных, благотворителей.

В 1910–1912 гг. В. Хлебников сближается с В. Маяковским, Д. Бурлюком, А. Крученых и другими и становится во главе футуризма (от лат. futurum – будущее), разрушившего традиционные каноны поэтического творчества. В 1913 г. пишет «Хаджи-Тархан» – поэму об Астрахани, ставшую переломной вехой его творчества. В ней поэт приходит к идее сближения духовных культур Запада и Востока. Астрахань в значительной степени сформировала поэтическое видение Хлебникова, дала богатую пищу для азийских пластов его творчества. Она – «один из ключей к Хлебникову» (Д.П. Святополк-Мирский).

В течение всего послереволюционного периода Велимир ведет жизнь странствующего поэта. Неизменно оказываясь в эпицентре событий того времени, он становится его художественным летописцем. В 1918 г. поэт становится штатным сотрудником армейской газеты «Красный воин», где публикует стихи «Воля всем» и «Жизнь», рассказ «Октябрь на Неве», заметки «Открытие народного университета», «На съезде», «Астраханская Джиоконда», «Открытие художественной галереи» и др.

В сентябре 1918 г. им написаны декларации «Индо-русский союз» и «Азосоюз», в которых он развивает уже ранее высказанную мысль: «обратить Азию в единый духовный остров».

Ныне в Астрахани регулярно проходят международные Хлебниковские чтения с участием крупнейших хлебниковедов России и мира, создан Дом-музей Велимира Хлебникова, где хранятся личные вещи поэта, именные экземпляры его книг, автографы, прижизненные издания(2, 7).

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

Владимир Алексеевич Хлебников. На лицевой стороне медали – портрет В.А. Хлебникова и даты жизни 1857–1935 гг.2. На оборотной стороне надпись: «Открыватель и первый директор астраханского заповедника».

Хлебников Владимир Алексеевич (14(26).VIII.1857, Астрахань – 20.III.1934, Москва) – орнитолог и лесовед, один из основателей астраханского государственного заповедника. Окончил Астраханскую классическую гимназию, затем Петербургский университет (отделение биологии естественного факультета, 1882),где получил степень кандидата естественных наук.

С 1885 по 1891 гг. – попечитель Эркетеневского и Малодербетовского улусов калмыцкой степи Астраханской губернии. В Калмыкии учёный проводил опыты по разведению лесов, решал проблемы с водоснабжением, учил местных жителей разводить табак, который в случае падежа скота шёл на продажу. Калмыки прозвали его «сан-кюн» («добрый человек») и сложили песню о «светлом попечителе».

С 1887 г. В.А. Хлебников – член «Петровского общества исследователей Астраханского края», а с 1914 – его председатель.

За коллекцию птиц Астраханской губернии (800 экспонатов) учёный был награждён Большой серебряной медалью в 1890 г. в Казани. В.А. Хлебников – автор многочисленных научных трудов, доныне не утративших своей научной значимости.

В 1910 г. именно он впервые поднял вопрос о создании Астраханского заповедника, но за его проект был подан лишь один голос. Только в 1919 году в дельте Волги будет заложен первый советский заповедник, ставший научным подвигом Владимира Хлебникова. В 1927 году он назначается его первым директором.

Ныне в заповеднике функционирует музей, где есть уголок, посвящённый жизнедеятельности В.А. Хлебникова, и библиотека, в которой хранятся книги учёного, переданные в неё его родственниками.

Урна с прахом Владимира Алексеевича Хлебникова захоронена на Дамчикском участке заповедника и над ней воздвигнут памятник(9,10).

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

Вера Хлебникова. На лицевой стороне медали – портрет В. Хлебниковой, внизу надпись: «Вера Хлебникова». На оборотной стороне – фрагмент её картины «Старое и молодое» и даты жизни: 1891–1941.

Хлебникова Вера Владимировна (20.III(2.IV) 1891, Зимняя ставка Малодербетовского улуса б. Астраханской губ. – 19.I.1941, Москва) – русский художник-живописец. Обучалась художественному мастерству у знаменитых педагогов – К.Ф. Юона, Я.Ф. Ционглинского и К. ван Донгена.

В 1916 г., уже сложившимся мастером-живописцем, художница приезжает в Астрахань, где создаёт свои лучшие полотна, принесшие ей широкую известность. В них она достигает максимальной экспрессии («Русалки»), сложной цветовой гаммы («Старое и молодое»), в картине «Путь художника» ощутимо влияние пластики Врубеля, Сохранился её альбом с астраханскими зарисовками, а также графические работы: «Верблюды», «Астрахань. Кутум», «Девушка с лебедем», акварели-иллюстрации к поэме Велимира Хлебникова «Лесная тоска».

Читайте также:  Силиконовые лопатки для кухни — купить оптом и в розницу | Цена от 30.6 р в интернет-магазине Сима-ленд

В Астрахани В. Хлебникова сотрудничает в газете «Коммунист» (ныне «Волга») в качестве художника-карикатуриста, ведёт художественную студию в с. Никольском, участвует в Выставке Астраханской Общины художников (1919), с 1924 г. постоянно живёт в Москве.

В 1977 г. в Астрахани была организована персональная выставка живописи и графики Веры Хлебниковой, позже повторенная в Москве (1978) и Ленинграде (1979). После этого о ней заговорили как о «художнике глубокого очарования», появились статьи, мемуары, монографии о В. Хлебниковой.

Её работы хранятся в Русском музее, Третьяковской галерее, Музее изобразительного искусства, но наиболее полно её художественное творчество представлено в астраханском Доме-музее Велимира Хлебникова(1,8).

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

Пётр Митурич. На лицевой стороне медали – портрет П.В. Митурича по рисунку В. Хлебниковой. По бокам надписи: «Пётр Митурич». На оборотной стороне – домашние растения в цветочных горшках по рисункам П.В. Митурича. По бокам, слева и справа, даты жизни: 1887–1956.

Митурич Пётр Васильевич (12(24)IX.1887, Санкт-Петербург – 27.Х.1956, Москва) – один из ключевых художников-графиков первой половины ХХ в.

В 1909 г. окончил Киевское художественное училище и поступил в Петербургскую академию художеств в батальную мастерскую Н. Самокиша. Участник Первой мировой войны, в послереволюционное время – служащий Отдела ИЗО Наркомпроса. Пётр Митурич сближается с поэтом Велимиром Хлебниковым, считая его своим учителем и другом. Совместно с художником Сергеем Исаковым Пётр Митурич печатает на литографском станке «Вестник Велимира Хлебникова», его сверхповесть «Зангези» и «Доски судьбы» (1922). В мае 1922 года П. Митурич и В. Хлебников едут в деревню Санталово Новгородской губернии. Там поэт тяжело заболел и умер.

Пётр Митурич и Вера Хлебникова, ставшая его женой, сохранили рукописи Велимира. Во время налётов на Москву немецкой авиации (1941) Пётр Митурич поднимался на крышу девятиэтажного дома, тушил «зажигалки», спасая бесценное хлебниковское наследие.

В 1926 г. П.В. Митурич создаёт несколько графических работ: «Дом в Астрахани, где жила семья Хлебниковых», «Астрахань. Кутум», «Астрахань. Церковь Воздвижения». Позже он их покажет на выставке «4-х искусств» в Москве. Художник неоднократно рисовал Владимира Алексеевича и Екатерину Николаевну Хлебниковых, родителей поэта, нашедших приют своей старости в его доме.

Пётр Митурич активно содействовал выходу пятитомного собрания произведений Велимира Хлебникова (1928–1933), предоставив Союзу писателей Ленинграда его рукописи.

Он был неразрывно связан с Хлебниковым при жизни и неотделим от него после смерти: урны с прахом поэта и художника покоятся в одной могиле на московском Новодевичьем кладбище(5,6).

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

Май Митурич-Хлебников. На лицевой стороне медали – портрет М.П. Митурича, внизу надпись: «Май Митурич-Хлебников». На оборотной стороне – композиции по рисункам Мая Митурича. Слева надпись: «Рисунки Мая Митурича».

Митурич-Хлебников Май Петрович (29.V.1925, Москва – 30.VI.2008, Москва) – сын известных художников Петра Митурича и Веры Хлебниковой.

С его именем связаны лучшие достижения в области книжной иллюстрации для детей. Им проиллюстрировано около ста книг, в т.ч. С. Маршака, К. Чуковского, А. Барто, Г. Снегирёва, Р. Киплинга, Л. Кэрролла и др.

М.П. Митурич-Хлебников – народный художник России (1986), награждён золотой медалью Российской академии художеств (2000).

В декабре 1994 г. художник приносит в дар Астрахани знаменитую «хлебниковскую коллекцию»: личные вещи поэта, его прижизненные издания, фамильные реликвии и документы и т.д. Эта коллекция, положенная в основу экспозиции астраханского Дома-музея Велимира Хлебникова, сделала его уникальным очагом русской культуры.

В 2000 г. в Астраханской картинной галерее состоялась юбилейная выставка Мая Митурича-Хлебникова. Художник принёс в дар нашему городу свыше ста пятидесяти своих работ, многие из которых вошли в альбом «Май Митурич. Живопись и графика из астраханской коллекции» (Издательский дом «Астраханский университет», 2005).

В 2005 г. Маю Митуричу-Хлебникову была присуждена астраханская премия им. Б.М. Кустодиева(3,4).

Библиографический список

1. Бобков С.Ф. Вера Хлебникова. Живопись. Графика. М., 1987;

2. Мамаев А.А. Астрахань Велимира Хлебникова. Документальная повесть. Астрахань, 2007

3. Митурич М. Живопись и графика из астраханской коллекции. Астрахань, 2005;

4. Митурич М. Живопись и графика. Каталог выставки к 80-летию со дня рождения. М., 2005.

5. Митурич П.В Записки сурового реалиста эпохи авангарда. Дневники. Письма. Воспоминания. Статьи. М., 1997;

6. Митурич П.В.(1887–1956). Каталог выставки. М., 1978.

7. Парнис А.Е. В. Хлебников – сотрудник «Красного воина» // Литературное обозрение. 1980, № 2.

8. Чегодаева М.А. Заповедный мир Митуричей-Хлебниковых. М., 2004.

9. Чуйков Ю.С. Первая заповедь. Астрахань: Волга, 1992;

10. Чуйков Ю.С. Почему тускнеют жемчужины. Астрахань, 1996.

И.С. Бочарникова

Астраханский областной методический центр народной культуры


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

Важнейшим аспектом социологического осмысления народного творчества является исследование его традиций – дошедших до современности и в современности сформированных.

История народного творчества – это сложный процесс, на разных этапах развития постепенно усложнялась собственная культура, появлялись новые, имеющие свои особенности самостоятельные жанры. Каждому историческому периоду народного творчества соответствует и собственная формула соотношений традиций и инноваций, образующая возможность его развития.

Традиции – социальное и культурное наследие, передающееся от поколения к поколению и воспроизводящееся в определенных обществах и социальных группах в течение длительного времени, традиция связывает прошлое и настоящее, причем элементы прошлого в ней выражены сильнее.

Преобладание обыденного понимания традиции связано с тем, что само слово «традиция» имеет достаточно широкое речевое «поле смысла», которое отражено в словарях русского языка. Определение первое: «Традиция – 1. То, что перешло от одного поколения к другому, что унаследовано от предшествующих поколений (например, идеи, взгляды, вкусы, образ действий, обычаи). 2. Обычай, установившийся порядок в поведении, быту» (6. С.835). Определение второе: «Традиция (от лат. traditio передача, повествование) – 1) исторически сложившиеся и передаваемые из поколения в поколение обычаи, порядки, правила поведения, взгляды, вкусы и т. 2) обычай, установившийся порядок в поведении, быту; 3) устный рассказ, передающийся от поколения к поколению, предание» (8. С. 513).

В словарных определениях зафиксированы важные моменты для понимания традиции. Во-первых, ее процессуальный, пролонгированный характер (от поколения к поколению, от прошлого к настоящему), во-вторых, субстанциональный, содержательный аспект традиции (обычаи, нормы), в-третьих, инструментальные особенности традиции, которые менее всего отражены в словарных определениях (устный способ передачи).

Иначе расставлены акценты в социологическом определении традиции: «это понятие обычно обозначает определенные элементы культуры, которые считаются частью общего наследия социальной группы. Традиция часто считается источником социальной стабильности и легитимности, однако обращение к традиции может служить также основой изменения существующего порядка» (1. С.485). Традиция определяется как механизм воспроизводства социальных институтов и норм, при котором поддержание последних обосновывается, узаконивается самим фактом их существования в прошлом. При этом на задний план отодвинуто содержание традиции, т.к. термин «традиция» нередко распространяется на сами социальные установления и нормы, которые воспроизводятся подобным способом. При этом следует иметь в виду, что традиция представляет собой не только механизм воспроизводства, передачи социально значимого опыта, но и механизм его обновления и воссоздания.

Современные научно-теоретические определения понятия «традиция» вобрали в себя то, что наработано в языковой практике. Однако уровень обобщенности в них иной: «…культурная традиция – это выраженный в социально организованных стереотипах групповой опыт, который путем пространственно-временной трансмиссии аккумулируется и воспроизводится в различных человеческих коллективах» (5. С.86).

Каждое поколение, получая в свое распоряжение определенную совокупность традиционных образцов, не просто воспринимает и усваивает их в готовом виде, оно всегда осуществляет их собственную интерпретацию и выбор. В этом смысле каждое поколение выбирает не только свое будущее, но и прошлое «… культурная традиция и сегодня продолжает оставаться универсальным механизмом, который благодаря селекции жизненного опыта, его аккумуляции и пространственно-временной трансмиссии позволяет достигать необходимой для существования социальных организмов стабильности. Без действия этого механизма общественная жизнь людей просто немыслима» (5. С.87).

Традиция как механизм передачи социально значимого опыта в культуре универсальна. Однако постоянно меняются ареал действия этого механизма и само содержание культурной традиции. Она может видоизменяться, принимать разные формы. Любая традиция в некотором смысле является метаморфозой: ведь она – часть совокупного человеческого опыта. Изменяясь, «совокупный человек» изменяет и традицию. Вера в возможность сохранения элементов наследия в неприкосновенности иллюзорна. Это не означает нашего разрыва с традицией, а всего лишь тот непреложный факт, что традиция при всей своей устойчивости развивается и модифицируется в связи со сменой эпохи, социально-исторических условий и изменений в ментальности народов. Модификация – неизбежная судьба традиционных представлений. Раньше этот процесс был сравнительно медленным, растягивался на столетия, а теперь происходит в течение жизни одного поколения.

Причины модификации традиции могут быть связаны с государственным, внутренним давлением, с военным давлением извне, с эмиграцией и другими социополитическими факторами. Иногда традиция уходит бесповоротно, и тогда мы говорим об утрате либо утере традиции. Самые значительные причины такой утраты традиции – это процессы ассимиляции, модернизации, вестернизации.

Любая традиция определяется отношением к ней народа или группы. Следовательно, главное наполнение традиции – это сам факт ее отбора как особенно ценного, того, что в силу этой ценности нельзя позволить себе утерять.Традиция это не все наследие народа, только некоторая часть та, которую члены общества оценивают (положительно или отрицательно) как нечто значимое для себя. И, кроме того, традиция это сам процесс такой оценки, последующего усвоения, а также механизм межпоколенной передачи. Только понимая традицию как ценность, можно говорить о ней как о содержательной форме преемственности культуры.

При всей устойчивости традиции, уходящей корнями в далекое прошлое, она неизбежно модифицируется. Человеческие сообщества непрерывно приобретают новый опыт, который либо подкрепляет традицию, либо ей противоречит. Новый опыт, особенно полученный в эпоху радикальных, революционных перемен, может менять содержание традиции, трансформировать ее. Как писал американский политолог Р.Такер, «сколь бы ни была революция новаторской в культурном отношении – в смысле создания новых институтов, убеждений, ритуалов, идеалов и символов – национальный, культурный этнос продолжает свое существование многими путями, причем в одних сферах жизни более устойчиво, чем в других. Со временем происходит процесс адаптации, посредством которого элементы дореволюционного культурного прошлого нации ассимилируются вновую революционную культуру, которая таким образом принимает форму амальгамы старого и нового» (12. С.54). В этом плане интересной представляется трактовка проблем трансформации традиции, данная израильским социологом Ш. Эйзенштадтом, которая полагает, что «в традиции присутствуют в единстве творческая и консервативная составляющие. Традиция может пониматься как один из механизмов органичного изменения общества, она может быть определена как механизм самосохранения, воспроизводства ирегенерации этнической культуры как системы. Развитие этнической культуры выражается в процессах инноваций и их стереотипизации» (2. С.52). Таким образом, непрерывность развития культуры требует, чтобы в рамках традиций подготавливались и «произрастали» необходимые новации.

О единстве и противоборстве традиции и инновации сказано много, так А.Х.Ортега-и-Гассет в этом плане развивает мысль о том, что «наше будущее рождается из свободы, неиссякаемого источника, вечно бьющего из себя самого. Однако свобода предполагает выбор между вариантами поведения, а последние формируются лишь на основе прошлого – нашего и чужого, – служащего как бы материалом, который вдохновляет на новые их сочетания… Независимо от величины радиуса нашей свободы он всегда ограничен: мы вынуждены всегда хранить преемственность с прошлым. Неразрывная связь с ним яснее всего проступает, когда сотворенный нами, положенный в основу жизни проект радикально отрицает прошлое. Одна из форм, с помощью, которой прошлое правит нами, как раз и состоит в том, чтобы побудить нас совершить противоположное тому, что было осуществлено прошлым… Яркий тому пример – «так называемое современное искусство». Его руководящий принцип – поступать наперекор тому, как извечно поступало искусство» (7. С.576-577). При всей своей оппозиционности и традиция, и инновация взаимосвязаны и взаимообусловлены до такой степени, что порой их сложно дифференцировать: ведь ни одна инновация никогда не остается новшеством сколько-нибудь долгое время, а традиция возникает первоначально как инновация. Именно в умении принимать и усваивать инновации и состоит жизнеспособность традиции. Но для этого нужно время. Инновация превращается в традицию тогда, когда в памяти сообщества стирается момент введения инновации и впечатления об этом событии становятся принадлежностью истории.

«Понятие традиции и инновации могут быть соотнесены с разными пластами человеческой культуры, человеческой истории. Традиция возникла и развивалась в первобытной культуре, где определенный набор символов и знаний передавался из поколения в поколение и осваивался всеми членами первобытного коллектива. В то время как для рождения цивилизаций как центров посреди первобытной периферии потребовалось нечто большее, а именно появление культурных инноваций» (9. С.443).

Инновации – механизм формирования новых технологий и новых моделей поведения, которые создают предпосылки для социокультурных изменений. Это способность общества к адаптации, которая делает возможным разрешение непосредственно стоящих и насущных для общества и человека проблем. Инновация исторически вырабатывается в ходе осуществления ритуалов, в играх и других видах деятельности, не составляющих насущной потребности, но, тем не менее, требующих формирования в человеческой культуре способностей отражать действительность, трансформировать действия и вносить элемент новизны. Она зависит от человеческой способности к творчеству и возможностей сообщества принимать или адаптировать результаты этого творчества.

До недавнего времени считалось, что инновации могут быть двух типов – экзогенными (заимствованными из других культур) и эндогенными (возникшими в данной среде без влияния извне). Более удачное деление на наш взгляд предложил С.А.Арутюнов, считающий, что культурная трансформация, осуществляемая через введение инноваций, может происходить тремя способами. Первый – спонтанная трансформация, это любая инновация, которая возникает внутри культуры за счет факторов ее собственного развития без влияний извне. Так возникает большинство систем письменности и стилей в искусстве. Второй – стимулированная трансформация, это инновация, которая, не являясь прямым заимствованием из какой-либо другой культуры, возникает под косвенным воздействием внешних обстоятельств. Такой характер носят изменения в ценностных ориентациях, связанные с распространением зарубежных веяний в культуре.

Третий способ – заимствование – это инновация, которая связана с прямым внешним воздействием. Сюда можно отнести и распространение мировых религий, и заимствования систем письменности (китайская иероглифика, латиница, кириллица), и лексические заимствования, и особенно распространение технических изобретений и усовершенствований (3. С.87).

Некоторые культуры обладают традицией общественной поддержки новаций. Новые идеи, возникающие в индивидуальном сознании, распространяются в обществе, что создает возможность для социокультурных изменений. Процессы распространения, принятия или неприятия, модификации, институционализации, сами по себе являются творческими инновативными процессами. Соотношение между традицией и новацией зависит от исторических условий, определяющих развитие адаптивной стратегии человеческих сообществ.

Новации в народном творчестве при условии длительного существования могут стать традициями. В процессе творческого развития традиция просеивает новации, дифференцирует их как приемлемые и неприемлемые. Новации разделяются на две группы: модифицирующие ибазисные. Под модифицирующей группой понимается новация, которая создается в рамках нормативных требований традиции и не несет в себе угрозу существования традиции, культуры, выполняя при этом креативную функцию. Базисная новация является новацией радикальной, революционной, бросающей вызов существующей традиции и несовместимой с ней (11. С.342). Новации нельзя рассматривать вне проблемы традиций, «Традиции, как все живое, развиваются, подлежат изменению, сохраняя свою сущность, но меняя в соответствии с меняющейся исторической обстановкой формы ее проявления. Если бы традиция не развивалась, она бы стала тормозом всего прогрессивного. Эволюционное развитие традиции может сменяться революционным скачком. Это является для традиции испытанием на прочность. И если это испытание она выдерживает, тогда традиция обретает новую жизнь в новых исторических условиях. Если традиция способна преобразоваться в контексте общественно нового, способствуя его развитию, она приобретает устойчивость, традиция, которая мешает развитию общества, постепенно изживает себя» (4. С.9).

Новации в народном творчестве предстают своеобразными, самобытными явлениями, демонстрирующими духовно-эстетические изменения. Некоторые элементы народной художественной культуры трансформируются, сохраняются в редуцированном виде, переосмысливаются, наполняются новым содержанием. По мере развития самосознания народа происходит трансформация форм народного творчества, появляются новые формы народной художественной культуры; так, древнейшие фольклорные эпические жанры (былины, легенды) уступили свое место историческим песням и сказаниям; распространившиеся повсеместно разнообразные народные художественные ремесла приобретали с течением времени новые черты и приемы обработки материала.

Традиции и инновации в рамках проведения фольклорно-этнографических праздников тесно переплетаются. Этнокультурный опыт проведения «Зеленых святок» уже давно заслуживает пристального внимания российских ученых и фольклористов. «Зеленые святки», заканчивающиеся Троицыным днем, издавна являются одним из любимейших праздников русского народа. С ним связано множество народных обычаев и обрядов. Современность восходит своими корнями в многовековое прошлое. И в наши дни регионы России, в том числе и Астраханская область, традиционно отмечают «Зеленые святки».

Анализируя фольклорно-этнографический праздник «Зеленые святки» (Троица), который традиционно проходит на берегу Волги в селе Бахтемир Астраханской области, можно отменить, что основные троицкие традиции: плетение венков и их погружение в воду, завивание молодого деревца1 (закручивание веток на молодом деревце в виде венка) и украшение его яркими лентами, гадание о замужестве и девичьей судьбе, распевание семицких песен и кумление2, троицкие игры – сохранились и транслируются в настоящее время. И как прежде, главное блюдо Троицких гуляний – яичница, приготовленная на костре – «Трапезная Бабки-яичницы», занимает одно их центральных мест праздника.

Инновационный момент – работа вертепного театра «Балаган-чик» главный герой, которого веселый Петрушка и другие персонажи театра забавляют маленьких зрителей, Троицкими сказками-рассказами. Несмотря на то, что Троица исконно считается девичьим праздником, мужчины также принимали участие в празднике: показывали свою удаль, ловкость, выносливость и силу. Ратное мастерство небольшая доля навыков и умений, которым должен обладать мужчина. Рукопашный бой – «это часть национальной культуры, органично переплетающиеся с другими ее элементами: музыкой, песнями, плясом, играми, трудом, обрядами, традициями, обычаями, легендами и преданиями» (10. С.35). Впервые на празднике показаны исторические реконструкции средневековых боев. Кулачный бой, который сопровождался частушками, шутками-прибаутками, органично вплелся в канву праздника. Воины – участники военно-исторического клуба «Половецкая степь» – в доспехах и головных уборах, с мечами и булавами воссоздали картину средневекового боя.

Инновация заключалась и в том, что на время проведения фольклорного праздника «Зеленые святки» была создана творческая лаборатория. В процессе работы, которой мастера декоративно-прикладного творчества используя различные прикладные техники изготовления изделий (из техник были представлены бисероплетение и бисерное ткачество, войлоковаляние, традиционная русская кукла и национальная кукла) обучали желающих элементарным приемам мастерства, плели венки, мастерили и продавали троичные сувениры.

Особенностью проведения святок 2008 г. стало и присутствие духовенства, в частности отца Михаила, который в канун Троицы от имени владыки Ионы поблагодарил устроителей фольклорно-этнографического праздника за те усилия и старания которые были приложены к тому «чтобы сохранить быт, устои и традиции наших прародителей».

Это примеры появления в культуре модифицирующихся новаций, которые не несут угрозу существующему строю традиции, а лишь слегка видоизменяют ее. Когда на отдельных этапах истории представителей определенных слоев общества не удовлетворяли существующие ценности, нормы, традиции, появлялись новые формы (например, городской фольклор, художественная самодеятельность), т.е. базисная новация, революционная, бросающая вызов существующей традиции.

Таким образом, можно сказать, что традиция – это культурное ядро народного творчества, на котором основывается его индивидуальность, а культурные инновации задают необходимую динамику развития всех сфер креативной деятельности человека.

Библиографический список

1. Аберкромби Н. Социологический словарь.М., 2004.

2. Абрамян Э.Г. Инновация и стереотипизация как механизмы развития этнической культуры / Э.Г. Абрамян IIМетодологические проблемы этнических культур: Материалы симпозиума. Ереван, 1978.

3. Арутюнов С.Л. Механизмы усвоения нововведений в этнической культуре. Ереван, 1978.

4. Благой Д.Д. О традициях и традиционности.М., 1987.

5. Маркарян Э.С.Узловые проблемы теории культурной традиции // Советская этнография. М.,1981. №2. С.78-97.

6. Ожегов С.И, Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. / Российская АН. Ин-т рус. яз.; Русский фонд культуры. М., 1992.

7. Ортега-и-Гассет Х. Избранные труды / Дегуманизация искусства. М.: Весь Мир,1997.. (Studio et Lectio)

8. Словарь иностранных слов. М.: Русский язык, 1989.

9. Суханова М.А. Инновации и образование Сборник материалов конференции. Серия «Symposium», выпуск 29. СПб., 2003.

10. Традиции живая нить (сборник материалов по этнографии Астраханского края). Выпуск 13. Традиционная мужская боевая культура славян. Астрахань, 2007.

11. Энциклопедический словарь по культурологии. Ростов-на-Дону, 1997.

12. Nora P. Between Memory and Histori: Les Lieux de Memoire / P. Nora. – N.Y.: Oxford, 1994.

О.О. Кузовлева

Дом-музей Велимира Хлебникова


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

На сегодняшний день можно говорить о том, что литературная жизнь Астрахани в лице её главных представителей – авторов поэзии и прозы – существует изолированно от читателя. В центральных библиотеках города практически весь литературный краеведческий материал дублируется и, к сожалению, отсутствуют малотиражные издания, книги-самиздат талантливых современных авторов, не вошедших в рамки признанного официоза. На филологическом факультете Астраханского госуниверситета преподаётся отдельный курс «Литературное краеведение», но список авторов, представленных к изучению, явно не отражает истинную картину: не включает в себя те имена современной литературы, которые далеки от официальных союзов и претенциозности. Кроме того, в рамках учебного процесса не используется возможность напрямую ощутить биение ритмов поэзии (литературы), а именно: встретиться с поэтами. Всё это сильно искажает существующее положение вещей и, быть может, даже ввергает в отчаяние. Современная учащаяся молодёжь инициативу по изучению современной литературы Астрахани практически не проявляет. Однако, возможно, это связано с отсутствием не интереса, а информации.

Что позволяет нам говорить о существовании литературной жизни города как таковой? Один из самых значимых фактов: вот уже 16 лет в Астрахани существует литературный музей – Дом-музей Велимира Хлебникова. В течение всего этого времени музей притягивает к себе не только любителей изящной словесности, не только ценителей творчества Велимира Хлебникова, но и начинающих, молодых и зрелых авторов. В библиотеке музея собрана отдельная подборка по краеведческой литературе, регулярно проводятся поэтические вечера, с 1996 г. издаётся независимая литературная газета «Хлебниковская веранда», продолжается традиция литературной студии. Однако какое количество читателей знает об этом и, конкретнее, какое количество учащейся молодёжи знает о подобной жизни города? Может сложиться впечатление, что, с одной стороны, литературное творчество сегодня не существует, а с другой – если и существует, то очень локально – в пределах узкого круга людей, школы, вуза, студии.

Все эти вопросы и проблемы побудили нас перейти от теоретических размышлений непосредственно к действию, а именно: попытаться найти такое решение, которое позволило бы действительно углубить знания современного читателя о литературной жизни Астрахани. С этой целью возникла необходимость синтезировать имеющийся литературный материал и сделать его доступным для профессиональной и широкой аудитории.

В 2009-м году Доме-музее Велимира Хлебникова сложился отдельный краеведческий проект – «Литературная карта города (кон. XX – нач. XXI вв.)». Первой частью проекта явилось создание электронной карты-презентации, которая отражает разные грани современной литературной жизни Астрахани: литературные клубы и объединения, конкурсы и премии, коллективные сборники, альманахи, журналы, малоизвестные официальные сборники и книги-самиздат. Вторая часть проекта – организация поэтических встреч, где зрителям и слушателям предоставляется возможность увидеть литературную карту в объёме, т.е. показ презентации иллюстрируется выступлением самих авторов, чьё творчество в литературной карте отражено. Всё это погружает читателя в литературную среду и, возможно, пробуждает желание к собственному творчеству.

Рассмотрим более подробно разделы «Литературной карты города», хронологические рамки которой, согласно нашей задаче – отобразить современность, ведутся от 90-х годов XX века.

1. Литературные конкурсы для детей школьного возраста.

Вернёмся к началу – в детство, в ту пору, когда мы начинаем ощущать потребность выражать свои мысли, чувства словом, но словом не бытовым и повседневным, а художественным (поэтическим). И тогда помимо того, что есть Автор, есть Произведение, в коммуникативной цепочке всё-таки начинает недоставать третьего звена – Читателя, того, кто бы увидел творение, услышал его и, скорее всего, оценил. Один из способов найти читателя-слушателя – отправить своё произведение на конкурс.

В нашем городе проводятся следующие литературные конкурсы для школьников:

· «Золотой ключик» (областной телевизионный конкурс юных маэстро; проводится с 1992 г.; среди прочих есть номинация «Авторское слово»);

· «Хрустальная роза» (областной поэтический конкурс; проводится с 2002 г.; по итогам выпускается сборник романтических произведений);

· «Златоуст III-го тысячелетия» (конкурс художественного слова; Центр доп.образования № 1);

· конкурс на лучшее авторское стихотворение в Доме-музее Велимира Хлебникова (в 2008-м году – конкурс «Родная Астрахань моя», в котором приняли участие 109 школьников; в 2009 – «Мир глазами молодых», участвовали 335 школьников города и области.). Надеемся, что этот конкурс станет традиционным.

2. Литературные премии.

Когда мы становимся старше, появляется возможность участвовать в литературном конкурсе и выиграть именную премию:

· В. Тредиаковского (утверждена в 1997 г. Администрацией Астраханской обл. и Союзом писателей России);

· М. Луконина (утверждена в 1999 г. Администрацией местного самоуправление Приволжского района Астраханской обл. и Астраханским отделением СП России);

· К. Холодовой (утверждена в 1999 г. кабинетом по делам молодёжи Астраханской обл. и Астраханским отделением СП России);

· Б. Шаховского (утверждена в 1999 г. Астраханским Техническим Университетом и Астраханским отделением СП России);

· Л. Чашечникова (утверждена в 2002 постановлением главы Володарского района от 18.03.2002 г. и Астраханским отделением СП России);

· И. Хемницера (утверждена в 2002 Администрацией Енотаевского района и Астраханским отделением СП России);

· П. Бляхина (учреждена в 2007 году администрацией муниципального образования «Харабалинский район»).

3. Литературная премия имени Велимира Хлебникова. (Утверждена в 1998 г. Администрацией г. Астрахани и Астраханским отделением Союза Писателей России).

Этой премии необходимо уделить отдельное внимание как самой демократичной. Её лауреаты во многом являются литературным достоянием Астрахани:

· 1998 год – Ю. Селенский (посмертно), повесть «Не расти у дороги».

· 1999 год – А. Мамаев, заведующий литературно-художественным музеем В. Хлебникова, книга «Астрахань Велимира Хлебникова».

· 2000 год – М. Кононенко, роман-эссе «Русская Атлантида».

· 2001 год – Г. Исаев, книга «Мечеть и храм несет низина».

· 2002 год – Д. Немировская, книга «На грани веков».

· 2003 год – А. Шадрин, сборник «Черный аргамак», Б. Свердлов, сборник «Если в этом мире повторюсь…»

· 2005 год – А. Марков, книга «Астрахань. Иконы, коллекции, открытия».

· 2006 год – не присуждалась.

· 2007 год – не присуждалась.

· 2008 год – А. Мамаев, документальная повесть «Астрахань Велимира Хлебникова»; И. Чудасов, литературный сборник «Колос(с)слова».

· 2009 год – А. Журбин, поэтический сборник «За осенними звёздами».

4. Премия имени Нинели Мордовиной. (Утверждена в 2002 г. областным комитетом по делам семьи, детства и молодёжи, организацией «Молодые писатели Астрахани»).

Этот конкурс интересен и необычен тем, что главным призом является авторский сборник; для многих он – первый в жизни. Его лауреатами стали:

· 2002 год – А. Журбин «Ночной пилигрим»;

· 2003 год – Ольга Жиляева «Сновидения памяти»;

· 2004 год – Виктория Бойко «Сердце маскарада»;

· 2005 год – «Поэзия»: Светлана Бабак «Отголоски памяти»,

«Проза»: Владимир Горожанский «Камень»;

· 2006 год – Татьяна Топаркова «Предчувствие было…»;

· 2007 год – «Поэзия»: Ирина Трифанова «Снежинки лета»,

«Проза»: Виктория Бойко «Пока ты дышишь…»;

· 2008 год – Николай Чернов «Птицы Леонардо»;

· 2009 год – Екатерина Шашкова «По тропе сновидений».

5. «Детская страничка»: литературные клубы, кружки, объединения.

У людей пишущих часто проявляется тяга к объединению, к поиску людей, близких по образу мыслей. В нашем городе существует небольшое количество литклубов для детей, где начинающие поэты могут оттачивать своё мастерство и развивать литературные вкусы:

· литклуб «Ловцы слов» (при СОШ № 33 им. Н. Мордовиной; по итогам года издаётся сборник «Ловцы слов»);

· творческое объединение «Лира» (при СОШ № 11);

· «Подснежник» (при ЦДОД № 5);

· творческое объединения «Волшебное слово» (при Центре Технического творчества).

6. Литературные студии (для студентов и старше).

а) При университетах:

· АГУ – «КЛЮЧ».

Руководителями были: В. Гвоздей (с 1989 г.), С. Мотыгин (с 1999-2000 гг.), С. Мотыгин и М. Звягина (с 2003 по 2006 гг.).

· СГАП (астр. филиал), АГТУ, ВАГС (астр. филиал), РГГУ.

б) При Союзе писателей Астрахани.

Руководителями были: Н. Мордовина, А. Белянин, Н. Ваганов «Тамариск» (по сей день).

в) При музеях:

· Музей культуры города.

Руководителями были: Т. Иванченко (с 1996 г.), О. Маркова (с 1998 г. – по сей день).

· Дом-музей Велимира Хлебников.

Руководителями были: А. Белянин (с 1998-99 гг. – по 2005 г.), С. Нагибина (периодично студия проходила в здании Астраханской областной научной библиотеки им. Н.К. Крупской), И. Чудасов (с 2006 г. – по сей день).

7. Литературные газеты.

Многие из современных астраханских авторов начали свой путь к читателю именно со страниц этих изданий:

· «Хлебниковская веранда» (с 1996 года; при Доме-музее В. Хлебникова);

· «Терновый куст» (с 2005 – 2006 гг. называлась «Упрямые всходы»; при Астраханском госуниверситете, на филологическом факультете);

· «Астраханская литература» (1-я редакция 2003 – 2005 гг., при Доме-музее В. Хлебникова; 2-я редакция – с 2007 г.).

8. Литературные альманахи, журналы.

Особенность этих изданий – периодичность, т. е регулярность выхода в свет. Хотя, к сожалению, на сегодняшний день они не издаются.

· Альманах «Мосты» (вышло три издания: 1995 г., 1998 г., 2003 г.),

· Журнал «Зелёный луч» (вышло два номера: 2004 г., 2005 г.).

9. Коллективные сборники.

Книги, которые включают в себя несколько авторов, объединённых общими целями (например, участие в фестивале «Подснежник»), интересами (к примеру, литстудия Светланы Нагибиной – сборник «Астраханский Парнас»), субъективным выбором редактора («Флейта», «Колос (с) слова»):

· Подснежники Парнаса» (сборник стихов, 1995);

· «Где Волга прянула стрелою…» (литературно-художественное издание; 1995);

· «Астраханский Парнас» (сборник поэзии и прозы литстудии С. Нагибиной при библиотеке им. Н.К. Крупской; 2001);

· «Ойкумена» (коллективный сборник астраханских поэтов и прозаиков; 2002);

· «Город А» (литературный сборник; 2002);

· «За грани века» (сборник поэзии и прозы; 2003);

· «Флейта» (сборник литературных произведений; 2004);

· «Desideratum» (сборник поэтических произведений; 2004);

· «Колос (с)слова» (сборник, 2008);

· «Астраханский вернисаж» (стихи и проза; 2008);

· «Колос (с)слова-2» (сборник, 2009).

10. Книжная серия «Рекламная библиотека поэзии».

Книги выпущены одним издательством, сборники оформлены в едином стиле; представлено творчество астраханских поэтесс за 1996 год. В этой серии, которая, к сожалению, для многих осталась незаметной, были опубликованы авторы: Светлана Нагибина, Альбина Яфарова, Илона Щербатова, Наталья Мирошникова, Ирина Дюбина, Ирина Серотюк, Наталья Колесникова, Марина Френкель, Елена Любимова, Аня Евгеньева.

11. Книги официальные.

Эти сборники имеют свой библиотечный номер, однако количество изданных экземпляров очень невелико:

· В.Н. Гвоздей «Ночная дорога» (2000),

· В.Н. Гвоздей «Русский блюз» (2003),

· В.Н. Гвоздей «Птица ночи» (2006),

· В.Н. Коноплёв «Песен причал» (2007),

· А.А. Журбин «За осенними звёздами» (2008),

· В.В. Горожанский «Грустные стихи» (2009).

12. Сборники «САМИЗДАТ».

Эти книги авторы выпускали своими силами, на свои средства и, как правило, малыми тиражами (100 экз.); расходились они по рукам близких, знакомых, и в центральных библиотеках города, к сожалению, зачастую не представлены.

· Наталья Колесникова: «Прозрение», «Капелька дождя», «Чаша снов», «Звёздные тени»;

· Андрей Журбин: «Ночной пилигрим», «За осенними звёздами»;

· Виктор Перепечкин: «Капля молчанья», «Калина красная», «Акварель века»;

· Ирина Дюбина: «Лестница в небо», «Пока разрешают жить», «Сальто над бездной»;

· Андрей Белянин: «Стихи», «Набросок тушью», «Мария-Анна», «Как началось начало», «Грустный ангел»;

· Валентин Коноплёв: «Дар терпенья», «Голоса тишины», «Песен причал»;

· Светлана Нагибина: «Перекрёсток судеб»;

· Арк (Аркадий Федотов): «Прозрачные звёзды», «Метафизические пейзажи»;

· Андрей Поповский: «Деревня, рыбак»;

· Григорий Миляшкин: «Кофе с овощами»;

· Светлана Бабак: «Два вздоха до утра…», «Отголоски памяти», «Boreas (Северный ветер)»;

· Иван Чудасов: «Дождём на проводах играло небо»;

· Анна Евгеньева: «Этюды», «Светлячок»;

· Ольга Собгайда: «Синий слон»;

· Маргарита Бобровская: «Молчание»;

· Виктор Клыканов: «Дерево»;

· Вера Васильева: «Ответная печаль», «Признанием отзовись»;

· Лариса Дегтярёва: «Бесцветные гармонии», «Музеи», «Открытое письмо», «Разговоры во сне»;

· Элеонора Татаринцева: «Право жить», «Испытание на прочность», «Монологи», «Свободный полёт»;

· Ирина Серотюк: «Письмена года», «Полнолуние»;

· Эльвира Ватаман: «Просроченный февраль»;

· Владимир Горожанский: «Камень», «Грустные стихи»;

· Татьяна Топаркова: «Полночь», «Предчувствие было»;

· Мелалика Невинная: «Dreamlife»;

· Светлана Межерицкая: «Сотворение себя»;

· Константин Щепотьев: «Не проза»;

· Николай Чернов: «Птицы Леонардо».

Лейтмотивом данной презентацией служит Дом-музей Велимира Хлебникова, но, думаем, это справедливо: именно вокруг него зачастую сосредотачиваются литературные поиски, сюда влечёт молодых поэтов, чьё творчество требует выхода. Однако некоторая субъективность не мешает воплощению главного – сформировать наиболее полное представление о литературной жизни Астрахани конца XX – начала XXI вв.

На сегодняшнем этапе работы материал структурирован, поделён на разделы, отсканированы обложки сборников, предоставленных библиотекой музея В. Хлебникова и частными архивами. В этой связи хочется выразить отдельную благодарность лицам, кто сохранил многие книги, вышедшие в Астрахани, и предоставил их для краеведческого проекта: Наталье Колесниковой, Владимиру Горожанскому, Александру Мамаеву и др. Но работа будет продолжаться – поиск новых материалов и дополнение к уже сказанному. В перспективе – перевести уже не только обложки, но и содержание самих сборников в цифровой формат. Кроме того, в планах создать звуковой файл, в котором будут представлены произведения в авторском исполнении.

К сказанному хочется добавить, что в рамках проекта «Литературная карта города (кон. XX – нач. XXI вв.)» за 2009-2022 гг. состоялось восемь встреч. Из них три – выездные: в СОШ № 33 им. Н. Мордовиной, в Астраханской лингвистической гимназии, в областной юношеской библиотеке. Пять встреч было проведено в стенах Дома-музея Велимира Хлебникова, на Хлебниковской веранде. За всё время было представлено творчество таких поэтов Астрахани, как Наталья Колесникова, Владимир Горожанский, Ирина Дюбина, Виктор Перепечкин, Ольга Собгайда, Николай Чернов, Мария Мельникова, Иван Чудасов, Валерий Гвоздей, Роман Бекулов, Вера Васильева, Виктор Клыканов.

Каждый, кто жаждет общения с живым словом, может прийти в Дом-музей Велимира Хлебникова на поэтическую встречу. При желании вы можете самостоятельно изучить имеющуюся в библиотеке музея литературу. Самое главное, чтобы нашими силами литературное достояние города было сохранено для будущего поколения.

Г.М.Шишкова

Астраханский государственный университет


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

Воспитание молодого поколения всегда находилось в центре внимания школы.

Современное образование предполагает непрерывный процесс обучения, воспитания и развития личности, направленный на формирование не только системы научных знаний о природе, обществе и человеке, умений и навыков их практического применения, но и морально-нравственных, ценностных позиций.

Особое место в образовательном процессе современной школы занимает Краеведение.

Предмет этот обладает огромным потенциалом и большими возможностями, высоким воспитательным значением и силой в сфере культурного и духовно-нравственного становления человека.

Астраханская область – маленькая частичка России. И хоть невелика она, называют ее жемчужиной Каспия. Астраханский край – уникальный регион с его несравненной Волгой, прекрасной дельтой, седым Каспием, удивительной природой, многовековой и самобытный историей и культурой. На протяжении многих веков, на одной, родной всем земле, проживают представители свыше 100 народов и различных этнических групп.Наша задача- сделать все возможное, чтобы изучить сохранить и передать будущим поколениям культурное наследие народов, проживающих на территории Астраханской области, а также познакомить учащихся с историей, культурой, лучшими обычаями и традициями своего народа.

Одним из путей решения этой большой и сложной задачи является включение учащихся в краеведческую исследовательскую деятельность по изучению культурного наследия народов Астраханской области.

Цели краеведческой исследовательской деятельности по изучению культурного наследия народов Астраханской области:

воспитать чувство гордости, любви и уважения к природным, историческим и культурным ценностям Астраханского края;

развивать осознанное, внимательное, бережное отношение к культурному насдедию народов Астраханской области;

сформировать чувство ответственности и убеждение в необходимости изучения и сохранения культурного насдедия народов Астраханской области;

Исследовательская краеведческая работа по теме: «Обращаясь к народным истокам» проведена в рамках курса Краеведение и выполнена по программе «Культурное наследие» и «Литературное краеведение» исследовательским коллективом учащихся 9 класса МОУ «Трехпротокская СОШ» Приволжского района Астраханской области.

Тема работы – « Обращаясь к народным истокам » – выбрана не случайно. Красота природы воспета многими народами и народностями нашей области.Мы обратились к судьбе, жизни и творчеству самобытной и талантливой поэтессы , жительницы села Три Протока Приволжского района Астраханской области, Умеровой Майсары Хакимовны.

Цели работы:

привлечь внимание к людям, нас окружающим, живущим рядом с нами;

познакомиться с « малой частицей » многовекового культурного наследия родного народа;

развивать осознанное, внимательное, бережное отношение к культуре своего народа;

сформировать чувство ответственности и убеждение в необходимости сохранения и преумножения лучших традиций татарского народа во всем богатстве и многообразии

культурного наследия народов Астраханской области;

на основе национального культурного наследия «открыть» уникальные особенности природы малой Родины;

формировать культуру и опыт взаимодействия и сотрудничества со старшим поколением в совместной деятельности по изучению и сохранению культурного наследия своего народа.

Актуальность работы:

Татарский народ – один из древнейших народов, населяющих Астраханскую область – имеет богатейшую культуру, обычаи и традиции. Культурное наследие татарского народа является важной составляющей частью национальной культуры Астраханской области.

Знакомство, изучение и сохранение культурного наследия народов Астраханской области, а также лучших обычаев и традиций своего народа в настоящее время имеет очень важное значение:

помогает лучше узнать свой родной край, глубже понять особенности его природы, истории и культуры;

способствует изучению и сохранению природного и культурного наследия своей малой Родины;

пробуждает чувство любви и гордости к родному краю.

Методы исследования:

беседа, интервью, изучение литературы, анализ, синтез и систематизация

полученных сведений.

Источники информации:

воспоминания, книги, фотографии, документы и личные вещи Умеровой Майсары Хакимовны.

Результативность работы:

В результате подготовки и выполнения краеведческой исследовательской работы по изучению культурного наследия татарского народа Астраханской области учащиеся:

– познакомились с методикой проведения исследовательских работ;

– приобрели опыт поиска краеведческой информации по заданной теме из различных

источников:

А/ Письменные – книги, журналы, газеты;

Б/ Устные – беседы, интервью;

В/ изобразительные – фотографии.

– освоили навыки использования различных методов для осуществления краеведческих

исследований:

А/изучение литературы;

Б/опрос (устный);

В/ Анализ, синтез и систематизация полученный сведений.

– приобрели навыки и опыт взаимодействия и сотрудничества со старшим поколением в совместной деятельности по изучению и сохранению культурного наследия татарского народа.

Умерова Майсара Хакимовна родилась 13 сентября 1936 года в селе Три Протока Приволжского района Астраханской области в большой и дружной семье. Родители – коренные жители села Три Протока – прожили вместе 57лет. В семье было 5 детей: 4 девочки и 1 мальчик. Их имена: Фавзия, Майсара, Ризабек, Фарида, Разия. Отец работал механизатором, мама – в поле. Семья всегда отличалась трудолюбием и гостеприимством. В свете керосиновый лампы, в доме часто собирались люди и слушали её отца, который читал книги, написанные арабским шрифтом, и переводил их содержание на татарский язык. С малых лет, в семье, в детях, воспитывались любовь к природе, уважение к языку, обычаям и традициям своего народа.

Умерова Майсара Хакимовна окончила семь классов Трехпротокской школы. С 1956 года начала свою трудовую деятельность в родном колхозе имени М. Джалиля. С 1991 года находится на заслуженном отдыхе. Её трудовой стаж – 36 лет. За добросовестный труд в 1989 году Майсара Хакимовна получила звание «Заслуженный колхозник», в 1990 году она получила звание «Ветеран труда» . Умерова Майсара Хакимовна пишет стихи на своём родном татарском языке. Написание стихов Майсара Хакимовна называет своим хобби.

Многие годы Умерова Майсара Хакимовна собирает старинные предметы, вещи, посуду, одежду татарского народа. Сегодня отыскать старинные предметы или вещи не такая уж легкая задача. В 1991 году, в своем доме, с помощью своих односельчан, она открыла музей – выставку о быте, традициях и обычаях родного села.

Помимо предметов и вещей, она собирает, сохраняет и передает молодому поколению фольклор, обычаи и традиции татарского народа. При образовании новой семьи, когда молодые пары вступали в брак, она одевала красивый национальный татарский костюм и на родном, татарском языке благословляла их.

Вот отзыв советника администрации Астраханской области по вопросам межнациональных отношений, кандидата исторических наук В.М. Викторина: «В сфере национальных культур Астраханской области хорошо известна самодеятельная поэтесса Умерова Майсара Хакимовна, создательница музея – выставки истории родного села Три Протока (Джамели – аул), представительница старинного местного юртовского, то есть ногайско – татарского рода… Её стихотворения привлекают внимание глубоким и искренним патриотизмом автора, тонкой лирикой, ненарочитым введением, читателя в круг давних народных традиций, отношений в семье, точными яркими словами о дружбе и любви» (5. С.625)

Умерова Майсара Хакимова – автор нескольких сборников стихов.

Первый её сборник – «Билгэскэн буйларында» («У реки Билгаскан») – вышел в 1967 году.В 1996 году в издательстве Астраханской писательской организации ООО «Хаджи – Тархан» вышел одноименный сборник ее стихотворений на русском языке. Перевод с татарского Р.Н. Глинской. Тираж составил 100 экземпляров.

Второй сборник – «Гомерем дэвамы» («Продолжение жизни») – вышел в 1998 году. Тираж составил 1000 экземпляров. Книга издана «Полиграфическо – издательским комбинатом» министерства информации и печати Республики Татарстан, г. Казань.

Третий сборник – «Тинсез ватаным» («Это моя Родина») – вышел в 2004 году и приурочен к 25- летию Приволжского района. Эта книга также издана «Полиграфическо – издательским комбинатом» Министерства информации и печати Республики Татарстан, г. Казань.

Эти книги, вышедшие небольшими тиражами, были подарены ею школе, односельчанам, обществу «Дуслык» и библиотекам.

Вот что пишет в рецензии на поэтическое творчество Умеровой Майсары Хакимовы ведущий специалист областного МЦНК Усманова А.Р.:

«Майсара Умерова прожила нелегкую жизнь. И все, что чувствовала и переживала поэтесса на протяжении долгих лет, находило свое выражение в стихах. Её поэзия близка по духу тысячам астраханских татар. Читая их, проникаешься тем же теплом и любовью, что присутствует в каждом стихотворении» (5. С.625).

Её стихи звучат в обществе « Дуслык », на литературных вечерах, печатались в «Приволжской газете» и газете «Волга», выпускаемых на русском языке и читаемых многими народами нашего многонационального края. Они востребованы не только в селах

Астраханской области. Стихи ее были опубликованы на страницах журналов« Идель » и « Соембикэ » республики Татарстан. Деятельность Умеровой Майсары Хакимовны -самобытной и талантливой поэтессы – отмечена многочисленными подарками и благодарственными письмами администрации Приволжского района, Астраханской области, а также президента Республики Татарстан-Шалмиева М.Ш.

Стихи Майсары Хакимовны учат видеть в простом, обычном и повседневном – прекрасное, необычное, удивительное. Они учат любить свой край, свою малую Родину, пробуждают чувство гордости, любви и уважения к природным, историческим и культурным ценностям и богатствам Астраханского края, помогают лучше узнать свой родной край, глубже понять особенности его природы, истории и культуры.

Многие стихи Умеровой Майсары Хакимовны посвящены односельчанам, родственникам и своему народу, малой Родине, где родилась и живет, незамысловатой, но родной сердцу природе.

СЕЛО РОДНОЕ

Перевод с татарского Р.Н.Глинской

И звезды горят светлее

В небе родного села.

Смотрит месяц веселее

Над моим окном всегда.

Ветер гладит мои косы,

Солнце будит на заре…

Кто о счастье меня спросит

Иль о радостной поре,

Я отвечу, что люблю я

Ласковый красивый край.

Старости не признаю я –

Восемнадцать мне, ты знай!

Пусть же это все услышат –

Ведь родных, друзей не счесть.

Несказанным счастьем брызжет

От родимых этих мест (2. С. 7).

Стихи Умеровой Майсары Хакимовны учат уважать и понимать друг друга, любить свой край, свою малую Родину, воспевают душевную красоту людей, живущих на родной земле,содействуют развитию стремления жить в мире, дружбе, согласии и радостисо всеми народами.

ВЕСЕЛО ЖИВЕТСЯ

Перевод с татарского Р.Н.Глинской

Эх, и весело живется

В селе нашем Джамали.

Кто приехал, остается

С нами вместе на все дни.

Уж давно проснулись птицы

В селе нашем Джамали.

У нас каждый веселится,

Веря в счастье всей земли.

На каком наречье хочешь –

Говори, тебя поймут,

И гармошки, между прочим,

На все голоса поют (2. С. 3).

В повседневной жизни мы не всегда замечаем красоту окружающей нас природы. В своих стихах Умерова Майсара Хакимовна воспевает величие Астраханского края, красоту и своеобразие его природы, уникальные, изумительной красоты ландшафты Астраханской области.Читая ее стихотворения, понимаешь, как много удивительного и прекрасного в природе, которая нас окружает, как много богатств она дает человеку. А человек должен не только использовать ее богатства, но и заботиться о ней, сохраняя ее и делая ее еще прекрасней!

УДИВЛЯЙТЕСЬ

Перевод с татарского Р.Н.Глинской

Вырастает у нас цветок лотос,

Удивляйтесь, увидев его.

И не наглядеться, диво просто!

Это гордость края моего.

Восседает белая кувшинка,

Будто устилает тебе путь,

Ива над водою, вся в косичках.

Тянет реки; друг мой, не забудь…

Рукава реки вширь разбрелись.

Тут близ устья Каспия краса!

Раз увидев, позабыть уж нельзя –

Это Астрахани чудеса (2. С. 13)

В своем стихотворении «Не травите землю» Умерова Майсара Хакимовна призывает всех ценить и беречь, сохранить и преумножить эту красоту и богатства, неповторимость и уникальность природы Астраханского края для будущих поколений.

НЕ ТРАВИТЕ ЗЕМЛЮ

Перевод с татарского Р.Н.Глинской

Старшие, не забывайтесь,

Созданного не ломайте.

Для наследства плохие примеры.

Воздух нужен чистый,

В озерах лучистых

Пусть ликуют уточки без меры.

Дали вы нам душу,

Не было нас лучше…

Не давайте злобушке гулять.

Ваше продолжение

В поисках лечения.

О, не надо землю отравлять!

Будьте милосердны,

Весело, безбедно

Детям нашим хочется расти.

Наше поколение

Без беды, мучения

Хочется по жизни пронести (2. С. 25)

Двери дома Майсары – ханум открыты односельчанам, школьникам и всем влюбленным в свой родной язык, в край в котором он родился и живет, в незамысловатую, но родную сердцу природу.

Она и сейчас ведёт большую общественную работу в селе, в школе, в клубе: встречается с молодежью, читает свои стихи, приобщает молодое поколение к родному языку, лучшимобычаям и традициям татарского народа, способствует возрождению и сохранению культурного и природного наследия своей малой Родины.

Нельзя быть настоящим человеком не любя природу, свой край, город, село. Нельзя создавать будущее, не зная великого прошлого, нашей общей истории и культуры. Наша задача – сделать все возможное, чтобы сохранить и познакомить с природным и культурным наследием своей малой Родины нашу молодежь. Ведь взаимное знакомство и изучение культурного наследия народов Астраханской области, а также культуры, обычаев и традиций своего народа помогает лучше узнать родной край, глубже понять особенности его природы, истории и культуры, позволяет осознать необходимость сберечь, сохранить и преумножить красоту и богатства, неповторимость и уникальность природы Астраханской области, способствует изучению и сохранению природного и культурного наследия своей малой Родины, пробуждает чувство любви и гордости к родному краю, способствует духовному обогащению, ведет к взаимопониманию, миру и дружбе между народами.

Сохранение природы, красоты и богатства родного края, бережное и ответственное отношение каждого из нас к культурному наследию народов Астраханского края, его природным, историческим и культурным ценностям – залог процветания и благополучия Астраханской области!

Библиографический список

1. Умерова М.Х. У реки Билгаскан. Стихи ( на татарском языке). Казань, 1967.

2. Умерова М.Х. У реки Билгаскан. Перевод с татарского Р.Н. Глинской. Астрахань, 1996.

3. Умерова М.Х. Продолжение жизни. Стихи (на татарском языке). Казань, 1998.

4. Умерова М.Х. Это моя Родина. Стихи (на татарском языке). Казань, 2004.

5. «Листая памяти страницы…» (к 25-летию со дня образования Приволжского района). Астрахань, 2005.

ПРИЛОЖЕНИЕ


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

§

Музей – один из объектов культуры, отражающий культурные реалии определенной исторической эпохи, и одновременно средство формирования культуры. С момента своего появления в европейской культуре Нового времени .музей не только отражает важные тенденции развития “культуры и общества, но, будучи наделенным особым смыслом как «инстанция вечности», со временем начинает оказывать все большее влияние на развитие социокультурной сферы.

Музей, как известно, это, прежде всего, память, выраженная в предметах, или, как еще говорят, своеобразный храм культуры. Являясь научно-исследовательскими и просветительскими учреждениями культуры, музеи собирают, изучают и сохраняют историко-культурное наследие, содействуют повышению культурно-образовательного уровня населения, распространению знаний о человеке и его окружении, служат духовному развитию общества. Музей уникален. Он дает посетителям символичный доступ в пространство другой культуры, возможность личного переживания. По-существу, музей «является школой вещей, школой визуального, пространственного восприятия, где усваивается язык вещей, постигаются их культурные значения и факт их антропогенности, рукотворности». Музей в понимании современной музеологии – это особая образовательная среда (1. С.14).

Именно поэтому, одной из основных миссий музея является его образовательная деятельность, которая является важной составляющей институционной роли музея. А отношения музея со школами всех уровней – это важное измерение его институционного контекста, требующего квалифицированного управления. Музеи постепенно пересматривают свою роль в качестве общественных образовательных учреждений. В работе со учащимися и студентами музеи делают ставку на развитие представлений о мире, способности наблюдать, классифицировать и генерировать информацию.

Со второй половины XX в. проблема музея становится предметом исследования для целого комплекса гуманитарных дисциплин. Столь широкий интерес объясняется тем, что музей перестает быть только инстанцией, накапливающей, изучающей и репрезентирующей посредством артефактов различные культурные ценности. Собирая и сохраняя вещи, предназначенные для передачи потомкам, то есть для бесконечно долгого хранения, музей постепенно превращается в место рождения и сохранения подлинной Истории и Культуры. Выступая с точки зрения вечности, он получает возможность воздействовать на культуру, диктуя ей императивы восприятия и оценок. (3. С.10)

На протяжении прошедшего столетия сложилась тенденция рассматривать музей как один из важнейших структурообразующих элементов всей современной западной культуры. Музей и музейность как таковая – это характеристика развития культуры в переломные, кризисные эпохи, когда культура уже не может справиться с осмыслением собственного многообразия. В такие периоды собирающий осколки утраченной целостности музей и его возросшая роль в культуре становятся объектами пристального внимания и критики. Однако можно заметить, что в виде претензий к музею деятели культуры и широкие слои населения зачастую выражают обеспокоенность не столько различными сторонами деятельности собственно музея, сколько путями развития культуры и общества.

Читайте также:  Подсветка фартука: 110 фото подбора и монтажа оптимального освещения

Были осуществлены попытки видоизменить традиционные формы музеев и музейной деятельности, привести их в соответствие новым культурным ситуациям, которые периодически возникают в процессе развития культуры и социума. В результате переосмысления основных принципов функционирования музея как социокультурного института появляются новые формы музейной работы, особое внимание уделяется рекреационным и коммуникативным аспектам. Музей, во многом отойдя от модели целенаправленного формирования знаний, ценностных предпочтений и даже личности посетителей, начинает все больше удовлетворять разнообразные потребности музейной аудитории и в результате становится полифункциональным культурным центром. Крупные музеи, как и прежде, остаются одними из важнейших символов государственности, институтами поддержания национальной самоидентичности (2. С.10).

Музей и ВУЗ похожи в одном: оба являются своего рода общественным и культурным учреждением. Разумеется, к процессу образования музей и университет подходят фундаментально различно. Преподавание в высшей школе ведется на основе программы и организовано по предметам и курсам. Учебный процесс в ВУЗе достаточно регламентирован, уровень знаний контролируется. Музеи действуют в сфере неформального или «параллельного» образования: сюда приходят в свободное время. Музейная публика весьма разнородна по возрасту, интересам, социальному и имущественному положению.

Музей не «иллюстрирует» историю, не учит ей, а формирует у человека личные отношения к тем или иным историческим фактам. Непосредственный контакт с музейным предметом помогает формированию исторической сознательности человека, под которой понимают «осмысление человеком своего положения в социальном времени и пространстве, своей связи с прошлым и будущим». Задача музея – сделать обучение осмысленным, соотнести научные и эстетические понятия с чувственным опытом детей, развить их способность учиться и собирать информацию.

К сожалению, некоторые преподаватели порой недостаточно представляют себе специфику образовательных возможностей музея, полагая, например, что здесь за час можно узнать «все о чем или о ком-либо». Поэтому особенно важным является знакомство с традициями музейной педагогики. Теория и практика культурно-образовательной деятельности музеев оказала едва ли не самое большое влияние на развитие этой науки.

Наиболее значительными задачами музеев в сфере образования, согласно мировой тенденции, являются:

· развитие способности извлекать информацию из первоисточника на основе наблюдения явлений природы или осмотра предметов материальной среды;

· формирование понятийного аппарата через наблюдение и общение с творениями природы или предметами материальной среды;

· привитие навыков самостоятельного обучения;

· мотивация процесса обучения.

Ради осуществления этих задач желательно, чтобы музей устанавливал партнерство с университетами, школами и другими образовательными учреждениями. И одной из наиболее значительных тенденций в деятельности музея является включение школ разных уровней в учебный процесс на основе планирования совместной деятельности. Их сотрудничество требует не только желания совместно работать и изобретать, но и умения учиться друг у друга, а затем объединиться для реализации поставленных целей.

Организуя отношения музея с образовательными учреждениями, важно понимать, что музей – прекрасное место для неформального взаимодействия с культурой. Важно, чтобы музей и образовательное учреждение делали каждый свое дело, не пытаясь подменять друг друга. Именно школа должна открыть детям разнообразие путей освоения культуры – привести их в библиотеку, музей или театр, формируя тем самым устойчивую потребность в общении с культурными ценностями. Экспозиция музея является своеобразным, специально организованным эстетичным пространством, которое уже само по себе оказывает эмоциональное воздействие на человека. Однако она включает и много невидимых на первый взгляд тайн, загадок, знаков. Умение ориентироваться в экспозиции, «читать» ее, часто называют музейной культурой.

В центре музейной коммуникации всегда стоит посетитель. В живом, непосредственном взаимодействии с аудиторией работает научный сотрудник музея. Здесь надо сказать, что передача научных знаний не является специфической задачей музея, и ему не обязательно брать на себя функцию, с которой справляется школа, университет, учебник, научно-популярная лекция и др. Музей – не вспомогательный образовательный институт, который подчинен школе, подменяет ее на определенных направлениях деятельности, или просто иллюстрирует школьное образование, а самостоятельный, самодостаточный центр культуры и образования.

Традиционно, наиболее популярными среди учащихся и студентов остаются групповые посещения музея.

Система обучения и воспитания в музее – это непрерывный, преемственный, последовательный процесс, а чтобы он стал еще и действенным, необходимо добиваться сознательности и активности аудитории. Вся музейная информация должна подаваться в доступной, интересной форме, пропускаться через чувства посетителей.

Пройдя многовековой путь своего развития, музеи выработали множество различных форм и методов воспитательной работы. Современная педагогическая деятельность музеев реализует их в качестве специальных программ и проектов различного уровня. На сегодняшний день в своем арсенале музеи имеют наряду с традиционными средствами воспитания и современные информационные технологии, способствующие повышению эффективности образовательной деятельности музеев. Практическая музейно-педагогическая работа базируется на интеграции музейного и образовательного пространств (1. С.15).

Музей в качестве досугового центра представляется перспективным и актуальным, особенно в наше время, когда на рубеже XX-XXI вв. многие музеи перестают быть только «храмами наук и искусств», все шире приобретая рекреационные и развлекательные функции. Концепция музея как досугового центра предлагает решение задач организации свободного времени в стенах музеев, исследуя в связи с этим особенности музея как рекреационного учреждения, структуру потребностей социума в отдыхе и развлечении и пути их удовлетворения, а также свойственные музею средства эмоционального воздействия на посетителя.

Сегодня все музеи – и большие и маленькие, и государственные и общественные – находятся в нелегком положении. Необходимы новое осмысление обществом их значимости, новые концепции вхождения музеев в новую реальность. Государственные музеи имеют для этого неизмеримо большие возможности. ­Однако в результате проводимых реформ по структуризации бюджетных учреждений существует реальная угроза перевода части музеев федерального и регионального уровня в муниципальное подчинение, что для многих из них окажется губительным, так как провинциальный город зачастую оказывается неспособным достойно содержать большие музейные собрания, финансировать полноценную музейную деятельность – научную, реставрационную, просветительскую. Вместе с тем продолжают выживать и нередко набирают силу музеи негосударственные. В российском обществе постепенно возрождаются традиции меценатства, которые позволяют развивать культурные инициативы на местном уровне.

В условиях всеобщей коммерциализации социальных институтов мы не должны забывать, что у музея есть замечательный продукт, который выше всякой конкуренции, – это истинные ценности культуры. При этом интерпретация историко-культурного наследия зависит напрямую от профессионализма музейных работников. Музеям удастся составить достойную конкуренцию массовой культуре в борьбе за свободное время общества, если они сумеют наладить эффективный менеджмент и маркетинг своего продукта, используя профессионализм своих сотрудников. Таким образом, традиционная по содержанию и инновационная по форме работа любого музея – основа его выживания и укрепления.

Мы, вузовские педагоги, призваны помогать юношам и девушкам раскрыть свой мир, познать самих себя, разбудить совесть, воспитать ответственность, побудить каждого занять в образовательном процессе активную позицию. Большинство студентов связывает нравственность с чувством патриотизма. Уникальную роль в воспитании такой личности на современном этапе играет музей.

Библиографический список

1. Адаме М.Д. Роль музея в распространении знаний // Museum. 1984. №141. С.14-16

2. Бестужев-Лада И., Озерная М. Музей в системе культуры // Декоративное искусство СССР. М., 1976. № 10. С. 8-10

3. Хансен Т. X. Музей как просветительное учреждение // Museum. 1984. № 144. С. 9-11

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

1. Алиева Анжела Наримановна –старший научный сотрудник отдела истории, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей заповедник».

2. Бекмурзаева Светлана Алексеевна – преподаватель истории Астраханского колледжа вычислительной техники, аспирант, Астраханский государственный университет

E-mail: beksvetlana@yandex.ru

3. Беломоина Ольга Алексеевна – зав. музеем истории города, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей заповедник»

4. Бездудный Владимир Григорьевич – научный сотрудник, РРОО «Донское Археологическое Общество».

E-mail: lekt88@mail.ru

5. Богатырев Анатолий Иванович– журналист–писатель, Союз журналистов РФ, г. Астрахань

6. Болдырева Е.М. –магистрант 2-го года обучения исторического факультета,Астраханский государственный университет.

E-mail: embold@mail.ru

7. Бочарникова Ирина Станиславовна – заслуженный работник культуры РФ, заместитель директора по науке и организационно-методической работе, Областной методический центр народной культуры.

E-mail: omcnk@list.ru

8. Бухарицин Петр Иванович– д.г.н., профессор, Астраханский государственный технический университет.

E-mail: kivragtu@rambler.ru

9. Васильев Дмитрий Викторович – к.и.н., заведующий археологической лабораторией АГУ, заведующий кафедрой истории России, Астраханский государственный университет.

E-mail: hvdv@mail.ru

10. Викторин Виктор Михайлович– к.и.н., доцент, отделение восточных языков Астраханский государственный университет.

E-mail: victvic@mail.ru

11. Войнова Людмила Викторовна – студентка ГМУ, Астраханский филиал Волгоградской академии государственной службы

12. Воробьева Лариса Вадимовна – зав.отделом природы, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник».

13. Герасимиди Елена Ивановна – зав. музеем культуры Астрахани, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник»

E-mail: elena_gerasimidi@mail.ru

14. Головачев Илья Владимирович – к.г.н., доцент кафедры «Геология и геохимия горючих ископаемых», Астраханский государственный университет, учёный секретарь Астраханского отделения Русского географического общества.

E-mail: bask_speleo@mail.ru

15. Головачев Михаил Владимирович – зав. таксидермической лабораторией, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник».

16. Голод Альберт Александрович – историк-краевед, в 1998 г. начальник отряда Поволжской Археологической экспедиции ИА РАН, г. Москва

E-mail: goalbert@yandex.ru.

17. Джуманов Равиль Уттамухамедович – историк-краевед., член Союза журналистов РФ, г. Астрахань.

18. Дурманова Наталия Михайловна –к.и.н., доцент кафедры «Всемирной истории и политологии», Астраханский государственный технический университет.

19. Егорова Александра Ивановна– доцент кафедры «Экологический туризм», Астраханский государственный технический университет.

20. Жирова Анастасия Глебовна –старший лаборант археологической лаборатории, Астраханский государственный университет.

21. Идрисов Эльдар Шамигуллович – к. п. н., зам. директора, Астраханский филиал Волгоградской академии государственной службы.

E-mail: idrisel@mail.ru

22. Казакова Елена Вячеславовна – директор музея ООО «Газпром добыча Астрахань»

E-mail: ekazakova@astrakhan-dobycha.gazprom.ru.

23. Казакова Елизавета Петровна – Астраханский государственный университет ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник».

E-mail: lizon17@yandex.ru

24. Кидирниязов Даниял Саидахмедович – д.и.н., проф., Заслуженный деятель науки Республики Дагестан, ведущий научный сотрудник, Институт истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра Российской Академии наук.

E-mail:daniyal 2006@ rambler.ru

25. Корниенко Елена Геннадьевна – Астраханский государственный университет

E-mail: elena-kornienkoO@rambler.ru

26. Косточкин Илья Валерьевич – научный сотрудник, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник»; ассистент кафедры История России, Астраханский государственный университет.

E-mail: kovatir07@rambler.ru.

27. Курапов Андрей Алексеевич –к.и.н., зам директора по науке и экспозициям,ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник».

E-mail: Akurapov78@rambler.ru

28. Курмансеитова Аминат Хасановна – к.и.н., старший научный сотрудник, Карачаево-Черкесский институт гуманитарных исследований.

E-mail: akseit@yandex.ru

29. Курочкина Светлана Александровна –к. и. н, доцент кафедры регионоведения исторического факультета, Марийский государственный университет.

E-mail: zeleneev@ marsu.ru (для Курочкиной С.А.)

30. Кузовлева Ольга Олеговна – старший научный сотрудник, Дом-музей Велимира Хлебникова.

E-mail: pzaargentina@mail.ru ,

31. Лангелер Арно Йоханес – доктор гуманитарных наук, профессор, Амстердамский университет (Нидерланды).

32. Лебедев Сергей Владиславович –к.и.н., доц., Астраханский государственный университет

E-mail:dnsv@mail.ru

33. Лепехина Наталья –ученицаМОУ «СОШ №33» г. Астрахань.

34. Лозовская Марина Вячеславовна – д.б.н., проф., зав. кафедры зоологии, Астраханский государственный университет.

E-mail: loza65@mail.ru

35. Ляпин Никита Михайлович – к.и.н., доцент, Астраханский государственный технический университет

E-mail: lyapin@mail.ru

36. Максимов Андрей Алексеевич –старший научный сотрудник ГОК ИЭиА музей-заповедник «Старая Сарепта».

E-mail: maximow00@mail.ru

37. Маломётова Зоя Александровна – зав отделом редких книг и книжных памятников, Областная научная библиотека им. Н.К. Крупской, г. Астрахань.

E-mail: ork_aonb@mail.ru

38. Маркова Ольга Александровна –старший научный сотрудник сектора информационного обеспечения, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник».

39. Мамаев Александр Александрович – заведующий Домом-музеем Велимира Хлебникова.

E-mail: muzeyvh@yandex.ru

40. Мокляк Валерия –ученица классаМОУ «СОШ №33» г. Астрахань.

41. Медведев Виктор Николаевич –начальник научно-методического отдела ГОК ИЭиА музей-заповедник «Старая Сарепта».

E-mail: medwedewviktor@yandex.ru

42. Мусаев Амир Дамирович – учитель истории СОШ с. Татаро-Башмаковка Приволжского района Астраханской области

43. Николаева Любовь Викторовна –к.и.н., доцент кафедры «Всемирной истории и политологии», Астраханский государственный технический университет.

E-mail: natasha.nikolaeva@yahoo.com

44. Никонова Надежда Михайловна –к.и.н., доцент кафедры «Всемирной истории и политологии», Астраханский государственный технический университет.

E-mail: n.m.nikonova@gmail.com

45. Ногайкина Светлана Ивановна –зав сектором отдела фондов,ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник».

46. Пантелеев Сергей Александрович –научный сотрудник сектора археологических исследований, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник».

47. Парипа Ольга Анатольевна – учитель истории МОУ «Началовская СОШ».

48. Пигарев Евгений Михайлович – к.и.н., зав. филиалом «Селитренное городище», ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник».

E-mail: pigarev@saray-al-mahrusa.ru

49. Сейфетдинова Элина Рамильевна – научный сотрудник отдела фондов, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник».

E-mail:Elina.Seifet@mail.ru

50. Скисов Сергей Ювенальевич– сотрудник Астраханского художественного фонда.

51. Сумина Ольга Николаевна – научный сотрудник отдела истории, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей заповедник»

52. Сызранов Андрей Вячеславович – к. и. н., доцент кафедры регионоведения исторического факультета, Астраханский государственный университет.

E-mail: A_Sizranov@mail.ru

53. Таналиева Аделя Дамировна –член Астраханской общественной организации «Молодежный цент ногайской культуры «Эдиге».

54. Таркова Радмила Анатольевна– к. и. н., доцент кафедры истории России исторического факультета, Астраханский государственный университет.

E-mail: 1917@hotmail.ru

55. Тепкеев Владимир Толтаевич – к.и.н., научный сотрудник отдела истории и археологии, Калмыцкий институт гуманитарных исследований РАН

56. Токарева Анна Анатольевна – ассистент, Астраханский государственный технический университет.

E-mail: kivragtu@rambler.ru

57. Торопицын Илья Васильевич – к.и.н., доцент, Астраханский государственный университет, заместитель начальника отдела министерства международных и внешнеэкономических связей Администрации Астраханской области.

E-mail: itoropitsyn@mail.ru

58. Трофимов Вячеслав Михайлович – историк-краевед, г. Астрахань

59. Шамардинова Гульфия Асхатовна – учитель химии, МОУ «СОШ №33» г. Астрахань

E-mail:sham2411@yandex.ru

60. Шишкова Галия Михайловна –аспирант, Астраханский государственный университет.

61. Яронова Нина Николаевна– научный сотрудник музея истории города, ОГУК «Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник».

[1] Фёдоров-Давыдов Г.А., Мухаммадиев А.Г., Галкин Л.Л. Отчёт о раскопках золотоордынского городища у с. Селитренное Астраханской области (Сарай-Бату) в 1969 г. // Архив ИА РАН. Р-1. № 3909, 3909-а.

[2] Яблонский Л.Т. Население средневековых городов Поволжья…

1 Село Селитренное, находящееся в Харабалинском районе Астраханской области, является остатками столицы Улуса Джучи – города Сарай ал-Махруса.

2 Нумерация гончарных мастерских на Селитренном городище предложена Е.М. Пигаревым (6. С. 8-10).

[3] Данная схема была применена при классификации красноглиняной керамики Царевского городища (город Сарай ал-Джедид) (2. С. 11).

1 В КЛ-2002 два именных пула Токтамыша обозначены как «подражание маджарским»

2 Здесь я не рассматриваю Селитренное городище и Каменный бугор как изолированые объекты

[4] Интересна динамика распространения сюжета «шестиконечная звезда» на пулах по территории З. Орды. Этот сюжет появляется в 40-е годы в Крыму и Азаке как заимствование с ещё более ранних монет Хулагуидов, там он обрастает множеством вариантов (см. Арсюхин, Студитский. С. 167); в 70-е годы он появляется в Маджарах, и лишь в 80-е и 90-е годы сиановиться популярным на Нижней Волге.

[5] Здесь и далее речь идёт об округлённых средних весах.

1 Интересно привести описание этого знамени. Оно было изготовлено по специальному заказу («написано вновь»). Знамя представляло собой группу символических изображений на куске белой камки. В середине – двуглавый орел, над орлом ме­сяц, около орла «круг винецкие травы», на коне человек с копьем «прободает змия». Знамя писано с обеих сторон, кайма ало­го цвета, по ней вышиты травы золотом. Вместе со знаменем Мончаку была отправлена сабля, пара пистолей, карабин, коль­чуга, шапка железная, седло, чепрак и др. К сожалению, знамя не сохранилось до наших дней.

2 Речь здесь, скорее всего, идет о крепости Шад-керман, расположенной у слияния рек Зеленчук и Кубань. Построение имело деревянную четырехугольную форму, а цитадель была сложена из кирпича, имелся ров с деревянным висячим мостом. Как сообщает Эвлия Челеби, крепость была построена кабардинским князем Мисост-беем для защиты от калмыков, и взята под управление крымским ханом Мухаммед-Гиреем. По сведениям Ш.Б. Ногмова, крепость была основана во время похода крымско-османских войска во главе с Алегот-пашой на Кабарду.

3 В 1663 году князь Я.Н. Одоевский был уже пожалован в бояре и 27 августа послан воеводой в Астрахань, где пробыл до 1666 года. По возвращении в Москву Одоевский продолжал придворную службу, а в 1670 году, кроме того, был назначен судьей в приказ Казанского Дворца. В 1672 году, после Разинского бунта, Одоевский получил снова назначение на воеводство в Астрахань. Во время своего второго управления Астраханью (до 1676 г.) князь Я. Н. Одоевский должен был заботиться о приведении в порядок города, а также наладить отношения с калмыцким тайшой Аюкой в ходе русско-калмыцкого съезда под Астраханью и заключения шерти от 27 февраля 1673 г

4 В начале 60-х годов XVII в. в степи Северного Прикаспия, контролируемая калмыками-торгутами, с территории Центральной Азии прибыла новая волна ойратских улусов, состоящая в основном из дербетов и хошутов. Причиной этой миграции послужила очередная междуусобная война в Джунгарском ханстве. Таким образом, большая плотность калмыцких улусов в Северном Прикаспии вынуждала тайшей рассматривать новые территории для кочевок на Северном Кавказе и Причерноморье.

5 Пленники, взятые в набеге.

[6]Князь Юрий Алексеевич Долгорукий в 1648 г. был пожалован в бояре, служил офицером, в частности, во время Русско-Польской войны 1654-1667 г. Позднее, в 1670 г., разбил Степана Разина. Погиб во время стрелецкого бунта.

[7]В 1660 году потерпел поражение под Любаром и в битве под Чудновом и попал в татарский плен, в котором провёл 21 год.

[8] Здесь речь идет об Аюке и Абухане.

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта РГНФ («Астрахань-Амстердам в орбите российско-голландских торгово-экономических отношений XVII-XVIII веков»), проект № 08-01-00326а

1 В боевом формуляре упомянуты сражения, в которых он принимал участие: 1812 г. – 13 и 14 июля под Витебском, 4, 5 и 6 августа под Смоленском. 26 августа при Бородине, 6 октября под Тарутиным, 12 и 13 октября под Малым Ярославцем, 4, 5 и 6 ноября под Красным; 1813 г. – 20 апреля под Люцерном, 8 и 9 мая под Бауценом, 17 августа под Кульмом (произведён в штаб-ротмистры), 4, 5 и 6 октября под Лейпцигом (награждён золотой шпагой с надписью «За храбрость»); 1814 г. – битва при Бриене, 13 марта под Фершампенуазе, 18 марта при взятии Парижа (см.: 16. С. 520).

2 При недостатке высших и средних специальных учебных заведений, выпускники которых могли бы претендовать на занятие крупных чиновничьих должностей, в начале XIX в. основным источником формирования губернаторского корпуса являлось высшее офицерство. Как правило, это были отставные полковники, переведённые в статские чины. Военная служба была едва ли не единственной школой управления в империи, поэтому губернаторские должности нередко воспринимались современниками как вознаграждение за боевые заслуги. Считалось, что командир полка, дивизии, корпуса мог стать попечителем учебного округа, губернатором, сенатором, министром. Во многом это было следствием проводившейся Николаем I военизации государственного аппарата (см.: 3. С. 32 – 33; 3. С. 13). События, предшествовавшие назначению Тимирязева астраханским губернатором, выходят за рамки избранной темы и здесь не рассматриваются (см.: 18. С. 318).

3 Подобные отзывы современников о провинциальном чиновничестве в николаевскую эпоху были скорее правилом, чем исключением (см.: 5. С. 23).

1 А.А. Храповицкий «учился у учителей 1-го кадетского корпуса математическим, физическим и словесным наукам, а также языкам французскому, немецкому, английскому и латинскому». Служил в армии (1789 – 1801), учился в Дерптском университете (1802 – 1804), с мая 1804 г. для завершения образования «ездил … в чужие края». В 1807 году в возрасте двадцати семи лет Храповицкий был назначен директором народных училищ Астраханской губернии, был директором гимназии. А.А. Храповицкий в числе преподавателей астраханских школ основал накануне войны 1812 г. кружок «Друзей человечества». Члены кружка организовали сбор средств на расширение сети учебных заведений в губернии, открытие школ для нерусского населения, покупку книг и наглядных пособий, материальную помощь нуждавшимся учащимся. Во время войны 1812 г. собрали пожертвования на народное ополчение. Деятельность членов кружка вызвала недовольство руководства Казанского учебного округа, в начале 1820-х гг. кружок прекратил своё существование. После того как Храповицкого отстранили с должности директора (1819), он служил «советником Астраханской казенной палаты управляющим питейными сборами». С 1835 г. в Петербурге «состоял в Департаменте путей сообщения и публичных зданий по особым поручениям» (см.: 9. С. 330 – 331).

2 Директор народных училищ Астраханской губернии Михаил Самсонович (Сампсонович) Рыбушкин (1792 – 1849) был известен как педагог, журналист литератор. В своей книге, посвященной Астрахани, он так писал об основателе училища: «… движимый чувствами благотворения к беднейшим гражданам своей нации и соревнованием к общей пользе, решился устроить особое на свой счет училище с тою целию, чтобы оно служило рассадником образованного духовенства и смышленых людей в делах коммерции». В его книге есть информация о средствах, пожертвованных Агабабовым на училище, предложенной основателем программе обучения и реорганизации учебного заведения в уездное училище. В Агабабовском училище преподавал сын М.С. Рыбушкина Александр (см.: 14. С. 169 – 170; 8 С. 11, 19).

3 Звание почетного смотрителя уездных училищ было учреждено в 1811 г. Почетный смотритель считался состоящим на государственной службе, ему вменялось в обязанность «иметь надзор за училищами и оказывать им сообразное с средствами вспоможение». Пожертвования на учебное заведение были необходимым условием для получения этого звания и составляли постоянный доход училища. Первым почетным смотрителем Агабабовского училища был Н. И. Агабабов (см 11. С. 789, 790; 10. С. 20). Звание почетного благотворителя для Агабабовского училища было введено в 1838 г. Почетным благотворителем мог стать представитель Астраханского армянского общества, постоянно делавший значительные взносы на содержание училища (см.: 10. С. 9).

4 В 1905 году были открыты начальные классы армянской семинарии, но окончательного решения об открытии так и не было принято (см.: 18. С. 36). О преобразовании училища в прогимназию попечительный совет ходатайствовал в 1908 г. (см.: 10. С. 48).

1 В состав Русскобашмакоского сельсовета с 1925 года входили населенные пункты: Русская Башмаковка, Ассадулаево, Мансур, с 1929 поселок Первое Мая. Справочник административно-территориального деления Астраханской области. Астрахань, 2008. С.181, 280, 322.

2 Так по данным документа ГААО Ф.3216. Оп. 4. Л. 43. за 1958 на территории Татаробашмаковского сельсовета было выявлено 50 человек неграмотных, из которых 39 человек, могли свободно читать и писать на татарском языке, используя графику арабского языка.

1 В тот момент, с усилением религиоз. репрессий, проводив в 1898 г. первую группу (Агафона Ивановича, «Гапона» Куракина) в Палестину, поволжское «иудеянство» решало свою дальнейшую судьбу с переездами. И далее, один из старейшин молокан-субботников в с. Михайловка, Филипп Фёдорович Перепечёнов, ещё в 20-30-х гг. XX в. (видно, зная об иных тогдашних биробиджанско – крымских и ближневосточ. проектах по еврейск. крестьянству ком-тов КомЗЕТа и заруб. распределит. «Агро-Джойнта») временами говаривал: «Если что – то и в Палестину подадимся!».

2 Имеется в виду периферийная хопёрско – битюгская переселенч. группа мордвы (XVII в.), обрусевшая в сёлах между гг. Балашовым, Воронежем и Липецком на рубеже XIX-XX вв. О молоканских и субботнических тенденциях у мордвы вообще (в Поволжье и переселённых в Закавказье, на оз. Севан) см. этнорелигиовед. работы уваж. проф. Н.Ф. Мокшина из г. Саранска.

3 Автор, Евгений Владимирович Зайцев, – видный учёный, педагог и активист иного течения в христианстве, канд. филос. наук, доктор богословия, выпускник адвентистского ин-та им. Дж. Андрюса в г. Берриен-Спрингс, шт. Мичиган, США, ректор Заокского христианск. гуманитарно-экономич. ин-та в Тульской обл. (3)

1 Возможно, побывал в Астрахани в 1666 г.

2 Интересна также легенда приволжских калмыков о возведении Хошеутовского хурула, заброшенный остов которого расположен у совр. с. Речное в Харабалинском районе Астраханской области. Этот буддийский каменный храм был построен в 1810-х гг. в честь победы России над наполеоновской Францией и её союзниками. Инициатором строительства был нойон Серебджаб Тюмень, предводитель одного из трех калмыцких полков, участвовавших в Отечественной войне 1812 г. и заграничных походах русской армии. Когда начали возводить стены хурула, они несколько раз обваливались. Тогда, по совету гелюнгов, решили принести человеческую жертву, чтобы умилостивить бурхана. Выбор пал на семилетнего мальчика из бедной семьи. В течение семи дней в его честь продолжался пир. Затем мальчика посадили на белую лошадь, поместили их в заранее сделанную в стене нишу и живыми замуровали. После этого строительство было благополучно завершено. Как гласит легенда, до сих пор в полнолуние можно увидеть мальчика на белом коне, выезжающего из дверей храма (3. С. 10).

1 Склабинский, В.И. Из Репинской библиотеки. АЛ. 1909. – № 60. 17 (30) марта. С. 2.

2 Маломётова, З.А. «Для удовлетворения любознательных умов к дальнейшему образованию…»: Очерки из истории Астраханской областной научной библиотеки имени Н.К. Крупской. 1838. 2008. Астрахань, 2008. С. 234 252.

3 Арсеньева, Р.В. Обер-офицерский сын Вячеслав Склабинский. // Московский журнал. – 2003. – № 9. – С. 28–32; у Роксаны Валерьяновны вскоре должна выйти в свет книга о родословной всех ветвей ее семьи. На данный момент библиотека располагает первым, машинописным, вариантом: Бабушкин клубок [Машинопись]. – 2003. – 165 с.: ил.

4 «меблированных комнат на Большой Кисловке»: это два строения под одним номером в самом начале старинного переулка – Большого Кисловского – в центре Москвы, в которых находились меблированные комнаты Анны Ивановны Колокольцевой, оба хорошо сохранились до наших дней. Окна верхнего этажа в обоих зданиях по размеру намного меньше окон второго и нижнего этажей. Судя по описанию В.И. Склабинского, комнаты, занимаемые Иваном Акимовичем, должны были находиться на верхнем этаже: поэтому потолки были низкими: на имеющихся у нас снимках прекрасно видны оба здания. В первом из них (нумерация начинается от Воздвиженской улицы) располагается Институт языкознания РАН. Сам Иван Акимович иногда сообщает свой адрес по имени прежнего владельца, Азанчевского.

5 Иван Аполлонович: Явная описка: конечно же, Иван Акимович.

6 старый библиофил: Ивану Акимовичу, когда он скончался, ещё не исполнилось 67 лет: он родился 28 октября 1841 года. – РГИА. Ф. 1343. Оп. 39. Д. 4071.

7 папиросы Лаферм любил не один И.А. Репин: именно их предпочитал и Ф.М. Достоевский. Табачная фабрика “Лаферм” (в советское время фабрика имени Урицкого, ныне объединение «Петро») была основана в Петербурге в 1852 году австрийским подданным, купцом 2-й гильдии бароном Гунманом де Бальбеллом. Продукция отличалась высоким качеством и в 1868 году предприятие получило звание Поставщика Его Императорского Величества. Предприятие выпускало продукцию на любой кошелёк. Папиросы фирмы были настолько популярны, что персонажи многих произведений отечественной литературы предстают перед читателями с папиросой этой фирмы в руке. По-видимому, И.А. Репин для своего каталога использовал сорт, который паковался в латунные коробки. К сожалению, ни одна из них в имуществе библиотеки не сохранилась.

8 моих товарищей по работе: В Москву вместе с В.И. Склабинским был командирован помощник делопроизводителя городской управы Андрей Игнатьевич Клементьев. В столице к работе по «приёмке» библиотеки Вячеслав Иванович привлёк своего племянника, Александра Николаевича Бейгуля (в будущем художника), который в это время занимался в студии К.Ф. Юона, тогда уже знаменитого живописца, и Леонида Алексеевича Кутаркина, тоже астраханца, студента Императорского Московского технического училища. – ГААО. Ф. 94. Оп. 1. Т. 3. Д. 11304. Лл. 71, 72 об. и др.; об А.Н. Бейгуле см. статью правнучки В.И. Склабинского: Арсеньева, Р.В. Московский художник Александр Бейгуль. // Моск. журн. – 2002. – N 6. – С. 54 – 59.


Воспользуйтесь поиском по сайту:

Кухонные принадлежности Tescoma - Купить на официальном сайте с доставкой

Художественные особенности изготовления и орнаментального оформления изделий из дерева малых форм у ногайцев

ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ОСОБЕННОСТИ ИЗГОТОВЛЕНИЯ И ОРНАМЕНТАЛЬНОГО

ОФОРМЛЕНИЯ ИЗДЕЛИЙ ИЗ ДЕРЕВА МАЛЫХ ФОРМ У НОГАЙЦЕВ

© Канокова Ф.Ю.*

Кабардино-Балкарский государственный университет им. Х.М. Бербекова,

г. Нальчик

В данной статье рассматриваются художественные особенности изготовления и орнаментального оформления изделий из дерева у ногайцев, имеющих как утилитарное, так и художественное начало. Особое внимание уделено искусствоведческому анализу изделий малых форм -это утварь, посуда, деревянные игрушки. Вышеуказанные изделия разделены на отдельные виды в соответствии с формой, декором и функциональным назначением. Рассматривается роль изделий из дерева в обрядах и ритуалах.

Ключевые слова ногайцы, резьба по дереву, резная чаша, обрядовая игрушка, деревянные ложки, ногайский орнамент.

Ногайцы (самоназвание – ногъайлар) – один из тюркоязычных народов Российской Федерации. В настоящее время они расселены главным образом на Северном Кавказе: в Республике Дагестан, Чеченской, Карачаево-Черкесской республиках, Ставропольском крае, а также в Нижнем Поволжье – в Астраханской области. Ногайцы подразделяются на группы и называются по издревле сложившейся традиции: кубанские, кумские и бештовские ногайцы, караногайцы, астраханские ногайцы.

Культура и искусство ногайцев в целом, несмотря на то, что они в далекие времена расселились на обширной территории, начиная от Дуная до Иртыша, пережила единые этапы формирования, хотя, исходя из климатических и географических условий, имела и локальные особенности, на которые влияли межэтнические контакты с соседними народами [5, с. 152]. Ремесла и промыслы ногайцев сосуществовали в неразрывной связи с их хозяйственной деятельностью и бытовым укладом жизни. Эта связь определяла практическую целесообразность в создании вещей и предавала им значительное глубокое духовное содержание, художественную выразительность и стилистическую направленность. Окружающая природа, леса, тростниковые растения, залежи руды, богатые пастбища, камни – все это давало мастерам необходимые материалы для творческой деятельности, что непосредственно сказывалось на характере утвари, посуде, одежде, народной архитектуре, являлось образцом гармонии, совершенных художественных форм и источником одухотворения.

* Доцент кафедры Дизайна и декоративно-прикладного искусства, кандидат искусствоведения.

Кочевой образ жизни ногайского народа способствовал тому, что изделия изготавливались легкими и портативными. Глубокие эстетические требования предъявлялись каждому предмету, применяемому в быту, начиная от плетеных циновок из рогоза, хозяйственных построек, юрт, различных кузнечных изделий до изысканно и богато украшенной вышивкой и ювелирными изделиями одежды, выдолбленным фактурным чашам и черпакам, детским люлькам, холодному оружию и прекрасным войлочным коврам «кийизам». Эстетичность, художественность изделий, их завершенность определялись, в первую очередь, благородством форм и богатым декором, максимальным использованием красоты природного материала. Эти стороны присутствовали в равной степени, как в изделиях из мягких, так и в изделиях из твердых материалов.

С формой и материалом предметов было тесно связано стилистическое своеобразие ногайского орнамента – это первый фактор в определении национальной принадлежности того или иного произведения народного искусства, являющийся основополагающим элементом в решении научной проблемы, связанной с изучением интенсивных культурных и экономических отношений между многими народами Северного Кавказа в ХУП-ХТХ вв. Изделия местных мастеров получили большое развитие за пределами ногайских земель, в XIX веке их можно было видеть для продажи на рынках городов Северного Кавказа. Нередко эти вещи доходили до городов Центральной России, не теряя свои художественные черты и верность древним национальным традициям. Так, для продажи, ногайцами в больших количествах изготавливались различные изделия из дерева малых форм, такие как чаши, пиалы, подносы, черпаки, ступки и ложки – очень прочные, но при этом тонкие, изготовленные с большой любовью. Благодаря знанию технологий художественной обработки дерева, резчики сохраняли текстуру материала, а наносимый орнаментальный декор смотрелся лаконично и монументально, не перенасыщая и не перегружая изделия.

Существовали и вещи, лишенные декора, но имеющие высокий художественный вкус, представляющие большую художественную ценность. Неразрывность практического и художественного начала в изделиях из дерева и других материалов чрезвычайно широко распространена в народных, художественных и, в том числе, ремесленных навыках, что позволяет свидетельствовать о наличии в народном искусстве ногайцев ярко выраженного национального стиля.

Широко в быту у ногайцев использовались изделия из дерева, не имеющие выраженных эстетических черт и художественности, они отвечали своим утилитарным назначениям и удовлетворяли потребность потребителя. К таким изделиям можно отнести брички, арбы, сельскохозяйственные орудия, бондарные изделия, корыта, коромысла, лохани, ведра и т.д., изготавливаемые в основном плотниками.

Издревле кочевники почитали дерево как святыню. На одиноко растущее дерево или кустарник привязывали кусочек ткани или ленту. Дерево, как совершенное создание природы, было источником вдохновения поэтов, художников и писателей. Удивительно контрастная природа ногайских просторов и лесов была не только основным источником творческого вдохновения в искусстве, но и давала сырье и материал для народных умельцев. Сырьем для изготовления изделий были орех, клен, ясень, бук, ольха, береза, липа, карагач, груша, яблоня, клен. Секреты мастерства передавались от отца к сыну, этим создавался стиль самобытного национального почерка, что не вызывает удивления, так как экстерьер и интерьер юрты делались силами простых людей. Резчики прошлых лет были знакомы с различными приемами обработки дерева. Прекрасно владели техникой плоского рельефа, круглой формы, а также приемами шлифовки, полировки и частичного покрытия изделия морилкой.

Инструменты были разнообразными, отличались простотой изготовления. Благодаря таким приспособлениям и инструментам, как пила (пышкы), топор (балта), долото с полукруглым острием, стамеска (кашав), нож с узким лезвием (пышак), нож с широким лезвием (макар), изогнутый резец для выдалбливания, станок для вытачивания чашек, напильник для шлифовки дерева, молоток, сверло (тескиш алат), напильник, камень для заточки резцов, клей (елим) и стол-верстак (столяр станогы) ногайские мастера по дереву создавали великолепные изделия, не придерживаясь единой системы. При изготовлении предмета, высушенный большой кусок дерева резчик сперва очищал топором от сучьев и коры, после чего он распиливал дерево на нужные размеры. Эта заготовка обрабатывалась долотом и ножом с круглым лезвием. Более мелкие детали дорабатывались резцами и ножом с узким лезвием. После этого готовое изделие шлифовалось, полировалось и варилось определенное время в животном жире, который входя в поверхность, заполнял все мелкие трещины и ямки, что придавало вещи совершенно ровную поверхность. После сушки естественным путем изделие полировалось куском войлока [4, с. 63].

Изделия, имеющие художественное начало такие как утварь, посуда, мебель, обрядовая игрушка следует разделить на две группы по времени их зарождения и по верности ногайским традициям. К первой группе имеющей раннее возникновение относятся утварь и посуда, а также игрушки. Вторая группа составляет мебель (кровати, диваны, столики, шкафы, сундуки, стулья, люльки и др.), которые появились в ногайском быту не ранее конца XVIII – начала XIX вв.

В юртах зажиточных ногайцев имелся деревянный стеллаж для посуды, который обычно изготавливался из ценных полированных пород дерева. Стеллаж был простым и лаконичным, декорировался в основном геометрическим орнаментом. В совокупности с посудой он составлял облик внутреннего убранства юрты, который органически вписывался в жизнь ногай-

ской семьи. На стеллажи ставилась искусно сделанная кухонная утварь и посуда, представленная чугунными котлами, сковородами, деревянными ковшами для чая, подносами, мисками разных размеров, шумовками, половниками, различными деревянными и частично гончарными сосудами для молока и воды, кадушками для хранения зерна.

Еду ногайцы подавали чаще в котлах или на лотке в деревянной большой чашке. Не жидкие блюда ели обычно пальцами. Чай, а также бульон пили из деревянных чаш (аякъ) или фарфоровых и фаянсовых (состоятельные семьи) пиал» [1, с. 212]. Появление керамической посуды свидетельствует об укреплении культурно-экономических связей народа с другими народами страны.

Особое место в быту ногайцев составляют разнообразные по форме и декору деревянные чаши. Простые по форме чаши, мог вырезать почти каждый житель лесостепной зоны, это занятие было распространено среди пастухов. Ногайские резчики по дереву деревянную посуду делали по памяти, без каких бы то ни было эскизов и рисунков. Эта память появилась не сразу, а без преувеличения, передавалась на протяжении многих веков. Чаши, которые ежедневно видели перед собой ногайцы, пили и ели из них с момента рождения и до смерти, воспринимались как неотъемлемый атрибут бытовой жизни. Наряду с повседневными чашами использовали и праздничные, занимающие значительное место в проведении различных обрядов и ритуалов. Деревянная чаша являлась неотъемлемым атрибутом свадебных церемоний, в день сватовства в самые красивые чаши наливали хмельной напиток бузу, и ставили на стол перед сватами. Бузу в большом количестве приготовляли для свадеб. Существовал обычай коллективного питья бузы (кезбе боза). Для питья бузы служили особые деревянные чаши с ручкой (саплы аякъ) [3, с. 145].

В день проведения мусульманского обряда бракосочетания (неке кыюв) в богато декорированную чашу, известную у ногайцев всех этнических групп под названием «керполат аяк» (основная чаша), наливали сладкую воду с медом (сербет сув). По завершении обряда эфенди брал в руки чашу с «сер-бет сув», выпивал из нее немного и передавал другим. Как только все выпьют «сербет сув», чашу заворачивали в атласный платок и отдавали дяде невесты [5,с.316]. Чашу, наполненную ритуальной бузой, преподносили тамаде из числа родственников невесты в момент их приезда в дом жениха, это была особая чаша, тонкая, с красивыми резными ручками со стилизованными изображениями бараньих или турьих рогов.

Когда зять первый раз посещал дом супруги, тесть брал в руки полную деревянную чашу с кумысом или бузой, провозглашал тост, после чего, пригубив чуть-чуть, отдавал всем по очереди. Последним пил зять. Затем его приглашали в среду женщин. В отличие от мужчин, здесь ему давали в деревянной чаше «сербет сув» и говорили: «Пусть будут молодые друг другу сладки как эта вода». Зять должен был чуть пригубить, а затем возвратить чашу [5, с. 318].

У ногайцев бытовали чаши с одной и двумя ручками (во время праздников и приема гостей с украшенным по краю ободка простым геометрическим узором для кумыса и других напитков), а также чаши, приподнятые на конусообразном основании. Чаши были тонкостенными, верхняя часть обладала плавным, певучим контуром, где края сходятся к двум возвышениям -над ручкой и на противоположном крае чаши. Геометрическая резьба чаши, выполненная ножом архаична, внутренняя часть гладко выбиралась. Такие чаши изготавливались из твердой, ценной древесины. Настолько тонка круговая стенка чаши по всему периметру, что создается впечатление звонкости, характерное для металла и фарфоровой фаянсовой посуды. Такие тонкостенные чаши часто встречались в ногайском быту.

Тонкостенные чаши – нередкое явление и в обиходе черкесов, имевших тесные связи с кубанскими ногайцами. В их геометрических узорах чувствуется близость с раздельными швами вышивки и ромбиками, чередованием разных полос, характерными для узорных циновок. Эта группа чаш наполнена старой пластикой предметов вв. резчик наносит узор на свободное поле фона. Сам фон всегда строго соотнесен с узором, что имеет основополагающее значение в декоративно-орнаментальном убранстве и проявляется в самих формах вещей, изящных в своих очертаниях [7, с. 67].

Вторую группу чаш составляют большие чаши, где декор ручек напоминает зооморфные мотивы, это стилизованные бараньи, турьи рога и изображения различных водоплавающих птиц. Изготовление таких посуд требовало огромного мастерства и было доступно лишь опытным резчикам, специализирующимся по художественной обработке дерева. По сведениям старожилов такие чаши стоили очень дорого. За одну такую чашу давали молодого верблюда или теленка.

В ногайском эпосе и в других источниках дается упоминание о богатырских чашах вручаемых победителям различных единоборств, а также старейшинам за торжественным столом. Эти чаши обычно не украшались орнаментом, красивый декор достигался мастером в подборе текстуры пород дерева, где естественный узор был создан причудливым сплетением волокон дерева. При полировке этот естественный узор еще более усиливался от желтоватого до коричневого цвета, приобретая благородный теплый цвет.

Большие традиционные чаши, которыми пользовались в дни радости, резчики выполняли с особым мастерством. В сравнении с другими чашами их стиль подчеркнуто декоративен и даже монументален. Очерченные контуры в ряде случаев несколько резки, но графичность передана с большой выразительностью. Крупные формы ручек, декоративность, сюжетные мотивы, идущие из глубины веков, заставляют предположить, что эти изделия предназначены для сильных, мужественных, больших людей, которые держали этот предмет в руках многие десятки лет [7, с. 68].

К третьей группе относятся ковши и черпаки, где все достоинство и красота заключены в формообразовании вещи. Они очень просты, но поэтичны

и значительны. Ручки ковшей очень архаичны, верх украшен простым узором, они легки, их пропорции стройны и удлиненны. Вытянутые плоские ручки напоминают хвостовое оперение водоплавающей птицы. Поражает и простота всего силуэта, плавность и уверенность его очертаний. Легкость изделия достигается тонкостью ее объема. Отказ от реалистичности, изображения птиц не нарушают художественности в целом, а наоборот усиливают ее, придавая всей композиции чувство возвышенного, прекрасного. Стилизованное оперение птицы становится символом, приобретает значение знака, ее выразительность наполняет эту ручку скрытой жизнью. Также ковши по стилю и по духу близки к тем посудам, чашкам и ложкам, которые монументально возвышаются на полках стеллажей. Эти ковши напоминают северные ковши – утицы, ладьи, братины, выражающие лирическую душу русского крестьянина, также рассмотренные ковши передают национальный характер ногайцев.

Анализируя чаши, ковши, черпаки, нельзя не остановиться на так называемых маленьких чашах – пиалах. Набор чашек в ногайской семье зависел от количества членов семьи и примерно столько же для массовости гостей. Чашами – пиалами подавали ногайский чай (ногъай шай), наподобие калмыцкого чая, который проник в рацион всех северокавказских народов. Из других напитков айран – кислое молоко, кумыс – кобылье молоко, чесночная подлива, подлива из кефира и т.д. В связи с отсутствием в ногайском быту медно-чеканной посуды, деревянная посуда была распространена повсюду. Ногайцы предпочитали есть молочные продукты только в деревянных посудах.

Особую группу деревянных изделий составляют ложки (касык), которые используют и до настоящего времени. По форме они делятся на два вида. Первый вид – лопасть ложки неглубокая и находится в одной плоскости с черенком похожая на лист с веткой, черенок резко расширяется в круг и делает переход от линейного элемента (черенка) плавным кругом, который держит лопасть. Такое конструктивное решение ложки встречается у многих народов, в частности все русские ложки сделаны по такому принципу. Здесь явно видно взаимопроникновение художественно-ремесленных приемов обработки дерева. Такие ложки появились как у ногайцев, так и у других народов Северного Кавказа в XVII веке, когда наблюдалось массовое переселение русских и украинцев на Юг России. Второй вид – ложки, обладающие глубокой лопастью, напоминающие по форме небольшую круглую чашу для напитка, обычно с длинным тонким слегка изогнутым черенком. Здесь ярко проявляется принцип контрастности. Вытянутый плоский и узкий черенок не образует с объемной и глубокой лопастью видимого единства, как в первом виде, а черенок уходит под лопасть, он как бы держит ее в автономности, напоминая вытянутую руку, в ладони которой лежит круглое яблоко. Все эти изделия отличаются выразительным силуэтом и интересным подходом [4, с. 65].

Если в первом виде ложек концы ручек представляет собой черпачок трапециевидной формы с заостренной вершиной, то во втором виде отсутствие на конце маленького черенка абсолютно не нарушает единство декоративного решения оформление плоскости ручки. В целом в двух видах ложек удачно найденные пропорции и умелое сочетание лопасти и ручки, а также отсутствие орнаментального декора, подчеркивают назначение вещи, которое свидетельствует о высоком мастерстве ногайских резчиков.

У сопредельных с ногайцами народов, в частности у черкесов, абазин и карачаевцев бытуют ложки второго вида. По сведениям старожилов эти ложки назывались «ногайскими ложками». Видимо удобство и изящество этих ложек понравились им. Ногайцы продавали свои изделия, что означает промысловое значение этого вида народного искусства.

Ряд исследователей писали, что ногайцы умеренны в еде. Так А. Павлов отмечал «Во время обеда они… неторопливы в еде, умеренны в употреблении пищи, чистоплотны» [9, с. 28]. Другой ученый писал «Ногаец может быть один и даже несколько дней очень выдержан в пище» [2, с. 266]. Любимыми блюдами ногайцев были кисломолочные и мясные продукты. Мясо в обязательном порядке употреблялось в сочетании с острыми приправами, чесноком, перцем и другими компонентами. Для приготовления этой смеси мастера по дереву изготавливали специальную деревянную посуду – ступку для растирания чеснока, ногайского кирпичного чая, соли, перца и др. Ступка не просто предмет необходимый в быту, но и художественное произведение. Она выдолблена из твердой породы дерева, имеющая красивый желтовато-коричневый цвет и форму конуса, стоящего на круглом поддоне – широкое тулово которого сужается к низу. Декор поверхности очень простой, горловина по всему периметру украшена резным геометрическим узором, тулово ступки гладко отполировано и зашкурено. Резчик в достаточной степени использовал текстуру рисунка дерева, напоминающего узор, состоящий из тонких линий. Умение скупыми средствами сделать привлекательное и художественно законченное изделие является подтверждением хорошего вкуса ногайского мастера XIX в.

Ногайские резчики никогда не пользовались токарным точением, а только выдалбливанием. «Искусство выдалбливать и резать дерево у ногайцев, видимо ремесло очень древнее, так как в своем домашнем обиходе они пользовались почти исключительно деревянной посудой, выдалбливаемой, а чаще вырезаемой» [3, с. 108]. Об этом убедительно отмечал О.В. Маркграф – «Изделия выдалбливаются, а не точатся на токарном станке. Чанаки выдалбливают желобчатыми тяпками, выскабливают древесину изнутри ручным резцом. Ручка чанака делается или в виде кольца, или цилиндрическая, или же загнутая. Такими чанаками едят суп или бульон» [8, с. 256].

Деревянные игрушки в виде различных животных вплоть до середины XIX века были широко распространены в народе. Эти фигурки несли ритуально-обрядовые значения. К сожалению, многие из них не дошли до сего-

дняшних дней, но по музейным экспонатам и редким сохранившимся в быту изделиям можно судить об их художественных достоинствах.

В коллекции по народам Кавказа Музея антропологии и этнографии в разделе «Ногайцы» имеется «Игрушка ортэке», в виде деревянной козы (эшки) на палке (Инвентарный номер 331-7). Кроме фигурки козла встречались и фигурки птиц, человека. Эти фигурки несут ярко выраженные черты примитива, что объясняется их специфической функцией. Выполненные сельским плотником они грубы и упрощенны в форме, лучше воспринимаясь с дальнего расстояния, одновременно свидетельствуя об их давнем происхождении. Как известно, ислам запрещал изображения живых существ и это является свидетельством, что они появились в доисламский период в жизни ногайского народа. Эти фигурки несут динамичность, иногда в них прослеживаются веселье, забава, проникнутые особой теплотой, задушевностью, и чувством юмора.

Следует отметить, что среди ногайских ремесленников было немало первоклассных мастеров своего дела. В середине XIX века в ногайских степях был известен и славился искусным исполнением различных работ плотничного и столярного ремесла Тюлюш Джолмамбетов. В русском этнографическом музее в Петрограде экспонировались модели и в натуральном виде многие предметы домашнего быта ногайцев, изготовленные рукой этого мастера. Среди экспонатов: кибитка (терме), маленькая походная юрта (отав) с разными принадлежностями, «кодалак арба», с хомутом и игрушечным резным изображением коня, кровать, диван-скамья, различные сундуки, гребень для расчесывания шерсти (юнтарак), три тюфяка, две подушки, башмак на деревянной колодке, люлька (буьгедекли бесик), в натуральном виде уникальный музыкальный инструмент «кобуз» со смычком, деревянный ковш и детская игрушка» [6, с. 110].

Наряду с вышеупомянутыми изделиями резчики изготавливали из дерева веретена, чесалки для обработки шерсти и другие мелкие предметы, где использовалась простейшая геометрическая резьба по дереву. В связи с массовым строительством саманных домов с черепичной крышей, наличники окон, фронтоны, ворота, калитки украшались прописной и накладной резьбой. И в этом случае архитектурный декор этих изделий был скупым по применению художественных средств. Отказ от богатства орнаментальных мотивов, характерный особенно для ногайского народного искусства и нисколько не объед-нявший его, доводил применяемые приемы до совершенства. Как пишет Б.Кочекаев «В начале XX века необходимость в изготовлении деревянной посуды, домашней утвари и мебели отпала, так как появилась фабричная мебель, фарфоровая и эмалированная посуда. Сейчас у ногайцев редко можно встретить даже ложку, половник или ковш, изготовленные из дерева. Искусство старых мастеров – деревообработчиков почти полностью исчезло» [6, с. 110].

К счастью, старожилы помнят секреты художественно-ремесленных приемов обработки дерева и других твердых материалов, а в памяти народа со-

хранились имена лучших ногайских резчиков по дереву – это Катаганов С., Калмыков Л., аул Эркин-Юрт, Кудайнетов А., Кудайнетов Б. аул Адил-Халк, Ляув И. аул Карамурза, Матакаев А. аул Кызыл-Юрт, Самдинов А., Казиев Д. аул Канглы, Байдаров И., Атуов Ю. аул Эркин-Юрт, Абдуллаев С. аул Тамаза-Тюбе и многие другие. Исследования в аулах караногайцев, кубанских и астраханских ногайцев, помогли обнаружить немало изделий народного искусства, бережно хранящихся и передающихся из поколение в поколение.

Сегодня, традиции изготовления изделий из дерева сохранены в творчестве резчика по дереву Р. Атуова из г. Черкесска. От его работ веет теплотой, они выдержаны в теплом колорите, сохраняя форму, присущую традиционным ногайским изделиям из дерева. Его виртуозно и оригинально выполненные ложки и ларец «колсандык» с изображением родовой тамги возвращают в прошлое. Изготовлением резной деревянной посуды по старинным музейным аналогам, инкрустированной серебряными накладками, на высоком профессиональном уровне занимается Карасов Ю.Б. – Заслуженный художник КЧР, член Союза художников России. На изделия этих мастеров растет спрос, как у городских, так и у сельских жителей, постепенно возрождается такая отрасль искусства как художественная обработка дерева, отвечающая сегодняшним тенденциям рынка и перспективам развития современного народного искусства.

Список литературы:

1. Гаджиева С.Ш. Материальная культура ногайцев в XIX – начале XX в. – М.: Изд. Наука, 1976.

2. Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. -Спб., 1871. – Т. 1.

3. Калмыков И.Х., Керейтов Р.Х., Сикалиев А.И. Ногайцы. – Ставропольское книжное издательство, Карачаево-Черкесское отделение, 1988.

4. Канокова Ф.Ю. Декоративно-прикладное искусство ногайцев: дис. … канд. искусствовед.: 17.00.04 / Ф.Ю. Канокова; Место защиты: Моск. гос. худож.-пром. ун-т им. С.Г. Строганова. – М., 2022. – 192 л.

5. Керейтов Р.Х. Ногайцы. Особенности этнической истории и бытовой культуры. – Ставрополь, 2009.

6. Кочекаев Б.Б. Социально-экономическое и политическое развитие ногайского общества. – Черкесск, 1973.

7. Мальбахов Б.Х. Черкесское (адыгское) декоративно-прикладное искусство. – Нальчик: ООО «Тетраграф», 2022.

8. Маркграф О.В. Очерк кустарных промыслов Северного Кавказа. -М., 1882.

9. Павлов А.О. О ногайцах, кочующих по Кизлярской степи. – СПб., 1842.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Adblock
detector